Ослабевающий Меликов и фактор Рамазанова: стихия как повод для ротации и управленческого перезапуска в Дагестане

🔺Аналитика АПЭК

◾️Часть 1

Политическое будущее главы Дагестана Сергея Меликова становится одной из ключевых интриг в региональной политике. Сразу несколько федеральных изданий со ссылкой на источники в Администрации президента сообщили, что вопрос его досрочной отставки может быть решён уже в ближайшее время, причём с переводом на другую работу. Параллельно звучат и предположения о сохранении Меликова на посту, включая его собственные эмоциональные опровержения в соцсетях. На фоне масштабного наводнения и необычного для республики появления нового федерального «куратора» аргументов в пользу ротации заметно больше, чем сигналов на поддержку. Кремль по существу впервые так явно указал на фигуру потенциального преемника, тогда как сам действующий глава республики выглядит всё более ослабленным после нескончаемой череды медийных атак и скандальных эпизодов.

Наводнение в Дагестане конца марта – начала апреля 2026 года по разрушительности и резонансу уже сравнивают с иркутским паводком 2019 года, после которого кресла лишился губернатор Сергей Левченко. Тогда стихия стала триггером для принятого заранее, но отложенного решения. Аналогия напрашивается сама собой: по официальным данным, в Дагестане погибли несколько человек, тысячи домов остались затопленными, десятки населённых пунктов обесточены, а в республике введён режим ЧС. На этом фоне политическая устойчивость главы региона, и без того подорванная, критически ослабла.

Сергей Меликов входил в выборный год уже с ослабленными позициями. Республику лихорадило от череды громких уголовных дел, конфликтов вокруг земли, коммунальной инфраструктуры и работы силовых структур. Дагестан всё чаще появлялся в федеральной повестке как территория повсеместной коррупции и управленческой архаики.

Дополнительным тревожным сигналом стала рабочая встреча Меликова с президентом в начале марта. Она состоялась и отражена на сайте президента, но в сжатом формате без развёрнутой стенограммы и видео. Ранее накануне отставок глав субъектов Кремль уже переходил к подчеркнуто лаконичной публичной коммуникации, что воспринимается экспертами и медиа как один из индикаторов готовящейся ротации.
В дагестанской медиа‑среде обсуждалось то, что информацию о встрече с президентом Меликов оперативно опубликовал в своём телеграм‑канале, опережая федеральную повестку, а сам разговор был жёстким. По неофициальным данным, глава республики мог пытаться обсудить «выход наверх» — должность на федеральном уровне. На этом фоне слухи о его скорой ротации стали восприниматься уже не как очередная волна политической мифологии, а как часть реальной повестки, тем более что Дагестан всё чаще попадал в неформальные списки регионов с высокой вероятностью губернаторских замен.

Наводнение лишь закрепило эту оптику. Чрезвычайная ситуация показала, что ресурс Меликова как антикризисного управленца исчерпан: на первых этапах информации о его работе было заметно меньше, чем о действиях МЧС и федеральных структур, а публичный образ главы в основном «догонял» уже сложившуюся повестку. При этом из Москвы не звучало ни резких публичных претензий, ни столь же явных сигналов поддержки: федеральный центр демонстрировал вовлечённость в ликвидацию последствий, но не связывал её персонально с Меликовым, оставляя пространство для любой конфигурации решений после завершения острой фазы ЧС.

На этом фоне особым жестом Кремля стало появление в Дагестане заместителя полпреда президента в Дальневосточном федеральном округе Магомеда Рамазанова. Владимир Путин лично представил его на совещании по паводку, предложив «поехать поработать в Дагестан в качестве заместителя полпреда» и включил в правительственную комиссию по ликвидации последствий наводнения. Формально речь идёт о временной антикризисной миссии.

⬇️Продолжение в следующем посте

📊Рейтинг влияния глав субъектов РФ. Российские регионы и региональная политика в июле 2025 года

📍Прогноз АПЭК. Ожидаемые тренды августа-сентября 2025 года

◾️часть 2

4. Уже в начале осени 2025 года можно ожидать активизации подготовки партий и представителей региональных элит к парламентской кампании-2026. На этом фоне вероятно заметное усиление информационных атак в отношении действующих депутатов Госдумы, избранных по одномандатным округам — прежде всего от регионов со сложной внутриэлитной конфигурацией и протестных территорий. Этот тренд будет сопровождаться активизацией переговоров о перспективах перехода в Госдуму глав муниципальных образований и статусных депутатов заксобраний, в том числе тех, у кого ранее сложились непростые отношения с губернаторами.

5. В сентябре-октябре 2025 года можно ожидать дальнейшего роста внимания федеральных правоохранительных и надзорных ведомств к ситуации в сфере ЖКХ. В июле с этим трендом было связано поручение генпрокурора Игоря Краснова «проверить законность действий на местах уполномоченных органов власти и предприятий ЖКХ» с особым акцентом на «пресечение злоупотреблений при включении в тарифы необоснованных расходов коммунальщиков». Вполне возможно, что осенью может пройти новая волна расследований в отношении руководства управляющих компаний и ресурсоснабжающих организаций, а также кураторов этих направлений на уровне региональных правительств и ключевых муниципальных образований. В большей степени такой тренд может затронуть северные и сибирские регионы, для которых повестка ЖКХ является особенно чувствительной, либо наиболее населенные субъекты, в которых жилищно-коммунальные аварии приобретают федеральный резонанс.

#Доклад

Лобойко: предстоящие в 2025 году выборы в регионах – это тест для местных элит

В избирательный цикл 2025 года страна вошла с большим числом временно исполняющих обязанности глав регионов. В ноябре—декабре минувшего года президент Владимир Путин назначил сразу пятерых врио: Евгения Первышова (Тамбовская область), Юрия Слюсаря (Ростовская область), Ростислава Гольдштейна (Коми), Марию Костюк (Еврейская автономная область) и Александра Хинштейна (Курская область).

Лобойко Дмитрий, руководитель Центра «Региональные исследования»:

➖ Предстоящие в 2025 году выборы в 39 регионах России – это не просто очередной электоральный цикл. Это тест на способность региональных элит балансировать между растущими требованиями федерального центра и запросом на большую самостоятельность со стороны местных сообществ.
Особенно показательна трансформация региональных органов власти. В Самарской области, например, появилось собственное министерство безопасности – беспрецедентный случай регионального силового ведомства. А в Орловской области создано управление мониторинга социальных процессов. Это явные признаки того, что регионы пытаются адаптироваться к новым вызовам, создавая структуры, традиционно считавшиеся прерогативой федерального центра.

Наиболее интригующими обещают стать выборы в трех группах регионов.

Первая – приграничные территории, где социальное напряжение усиливается близостью к зоне СВО. Показательна история Курской области, где прежний губернатор Алексей Смирнов был заменен на Александра Хинштейна именно из-за неспособности выстроить коммуникацию с жителями приграничья. Получится ли у Хинштейна – вопрос открытый, ответ на который не очевиден.

Вторая группа – регионы с сильными местными элитами, такие как Татарстан, где Рустам Минниханов завершает третий срок. Здесь федеральному центру предстоит найти баланс между сохранением управляемости и учетом местной специфики.

Третья – промышленные регионы с высокой урбанизацией, как Калужская область. Симптоматично, что действующий губернатор Владислав Шапша уже сейчас, за несколько месяцев до выборов, заметно активизировал контакты с федеральным руководством. Поможет ли? В схеме трех-пятилетней давности – это было почти гарантией. Сейчас система на этих этажах власти все более подвижна.

Примечательно, что меняется сам характер губернаторской власти. Если раньше успешность главы региона измерялась его способностью привлекать инвестиции и развивать экономику, то теперь не менее важными становятся навыки кризисного управления и способность сдерживать политическое недовольство.

Внешние факторы – от санкционного давления до предстоящей смены администрации в США – безусловно, окажут значительное влияние на внутриполитическую динамику. Однако ключевым вызовом для региональных властей станет способность адаптировать федеральную повестку к местным условиям, не допуская при этом чрезмерного усиления региональной идентичности.

В конечном счете, выборы-2025 станут индикатором эффективности новой модели российского федерализма, где статус губернаторов девальвируется, но регионам приходится играть все более сложную роль – одновременно и проводников федеральной политики, и буфера, сдерживающего рост социального недовольства. От успеха этой тонкой настройки будет зависеть устойчивость всей политической системы в преддверии думских выборов 2026 года.

#Аналитика