Ближневосточная «Санта-Барбара» be like… #ПМН

Старые песни о главном

Новые заявления М.Подоляка о предложениях Зеленского относительно вариантов перемирия указывают на то, что в вопросах мирного урегулирования конфликта Украине попросту нечего предложить. Зеленский предлагает перемирие в воздухе, прекращение ударов по энергетической инфраструктуре, заморозку боевых действий по линии фронта. Ни один из этих пунктов в текущей конфигурации не устраивает Москву.

Любое перемирие завершается либо окончанием конфликта, либо возобновлением столкновения с новой силой. Перемирие без дополнительных условий практически всегда провоцирует реализацию именно второго сценария. Оно однозначно будет использовано Киевом для беспрепятственных поставок вооружений из Европы и восстановления военных производств на территории самой Украины. Москва неоднократно поднимала эту проблему, но прогресса так и не последовало.

Вероятно, именно эти идеи Зеленский и команда будут продавать С.Уиткоффу и Д.Кушнеру, чей визит в Киев ожидается в ближайшее время. Если это так, в таком случае «новых идей» по вопросам мирного урегулирования, о которых говорил М.Рубио, у Украины нет. В таком случае, зачем вести диалог со стороной, которая отвергает предложения и не предлагает конструктив взамен?

Вопрос риторический.

Четыре сценария возобновления переговоров по Украине

Поговорил с коллегами о трудностях мирных переговоров. Ключевая проблема текущего этапа, на мой взгляд, отсутствие потенциальных вариантов компромиссных решений. Это классический конфликт с нулевой суммой, когда выигрыш одной из сторон пропорционален проигрышу другой стороны.

В условиях дипломатического вакуума растет ценность ситуации на поле боя. Это значит, что перспективы эскалации остаются крайне высокими.

Госдума-2026. Главные события предвыборной повестки (24-31 июля)

📌Регистрация. Завершился важный этап – регистрация федеральных списков партий. В бюллетене окажутся все 11 партий, которые подали документы в ЦИК. Жеребьевка – 5 августа. Пожалуй, главной интригой стала регистрация «Яблока». Учитывая ситуацию партии с региональными выборами в этом году, не исключено, что это последняя федеральная кампания «яблочников».

📌Проводы. На неделе прошли церемониальные форматы с проводами уходящего созыва Госдумы. Сигналы по этому вопросу оказались ожидаемыми. Текущие же оценки следует считать предварительными. Особенности работы уходящего созыва лучше будут видны на дистанции, а также на контрасте с работой будущего созыва. Пока же в неофициальном нарративе доминируют негативные треки о запретительном характере работы парламентариев.

📌Атаки. Интенсивность ударов по крупным логистическим центрам растет. Это, вероятно, будет способствовать росту уровня тревоги в обществе, а также усугублению вопросов компенсаций для сейлеров – растет как число пострадавших бизнесменов, так и объемы потерь. В теме пока прослеживается информационный вакуум. Администрация WB явно дистанцируется и берет паузу. А политические игроки пока не могут сформулировать реальные меры поддержки.

📌Telegram. Включение П.Дурова в перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга на этой неделе стало неожиданностью. Ключевые игроки пока не знают, как работать с ситуацией. НЛ в лице Даванкова выступили в поддержку Дурова. Остальные спикеры посылают спокойные комментарии относительно того, как претензии к Дурову отразятся на работе мессенджера. Пока в ситуации слишком много переменных, чтобы давать надежные прогнозы. Ясно одно – тема в повестке надолго, а ряд акторов пытаются принять такие решения, которые будет невозможно или крайне сложно отмотать назад.

На следующей неделе жеребьевка, активизация партий и подготовка к агитационному периоду, обострение вопросов повестки на фоне конкуренции ключевых акторов за нарративы.

Сегодня,
30 июля в 19:00
в литературном клубе
«Что/бы Почитать?! Смыслы»
Национального центра «Россия»
вместе с
деканом философского факультета МГУ
Алексеем Козыревым
поговорим о будущем русской философии, мифах которые это будущее формируют, новых смыслах в контуре определения национальной идентичности и о том, что это все вместе взятое значит для страны в целом и каждого из нас.

Прямая трансляция тоже будет. Присоединяйтесь в удобном формате.

Ссылка на регистрацию

Коллеги абсолютно верно фиксируют ситуацию вокруг украинского переговорного трека. Отсутствие сигналов — это важный сигнал.

Я бы до октября вообще не ждал каких-то серьезных изменений. Нужно дождаться завершения выборов в Госдуму и летней военной кампании.

Риски Telegram

Новость о том, что Дурову (внесен в перечень экстремистов и террористов Росфинмониторинга) предъявлено обвинение в содействии террористической деятельности, поскольку администрация мессенджера не удаляет каналы и боты, используемые для координации терактов и диверсий в РФ, является чрезвычайно важным инфоповодом, правда, пока с неопределенными последствиями.

Этот шаг можно считать «последним китайским предупреждением». Вероятно, Дурову неоднократно посылались требования о необходимости удаления таких каналов. Учитывая, что Telegram регулярно пачками блокирует подобные деструктивные каналы, намеренное или ненамеренное (скорее, первое) игнорирование администрацией мессенджера требований, воспринято болезненно.

Напрямую обвинения в отношении Дурова не должны нести юридических последствий для самого Telegram и его пользователей, но здесь, что называется, все зависит от динамики развития процесса. Теоретически механизмы усиления давления имеются. А риски чрезвычайного роста токсичности мессенджера для пользователей из России не являются нереалистичными.

Многое будет зависеть от ответной реакции.

Эксперты об экспертах

Коллеги из Полилога проделали большую работу по изучению экспертного Telegram.

В техническом смысле задачка не на 5 минут. Интересно ознакомиться 🙂

Госдума-2026. Главные события предвыборной повестки (17-24 июля)

📌Деньги. Вопрос «Сколько ты зарабатываешь?» вызывает неподдельный интерес у аудитории. Поэтому на неделе особое внимание было приковано к декларациям кандидатов. Кто самый богатый, у кого самый роскошный автопарк и так далее и тому подобное. Оказывается, политики – люди небедные, а мы и не знали. Журналисты собрали просмотры, публика поскрежетала зубами, громких снятий не произошло. Все остались при своих.

📌Уход. На неделе прошли последние пленарные заседания уходящего созыва Госдумы. Депутаты продемонстрировали рекордные показатели скорости рассмотрения и принятия законопроектов. Законотворческий аврал в конце весенней сессии, в целом, – нормальная практика, которая усугубилась закрытием всего созыва. В общем, они улетели, но некоторые обещали вернуться.

📌Регистрация. Этап регистрации подходит к концу. Процесс прошел буднично. Без ярких эпизодов. Сейчас ключевые игроки начнут активную фазу подготовки к агитационному периоду. Однако пока предвыборная повестка крайне скупа на яркие инфоповоды.

📌Кризисы. Топливный кризис, судя по обстановке на заправках, а также данным социологов, постепенно ослабевает. Пока рано говорить об устойчивом позитивном тренде, но оптимистичные тенденции точно есть. Однако на смену топливному кризису, несется кризис логистический. ВСУ окончательно перешли к открытым атакам по гражданской инфраструктуре. Главные пострадавшие пока – представители малого бизнеса, которые торговали на WB. Если темпы ударов по складским помещениям сохранятся на прежнем уровне, протестный потенциал этой аудитории кратно увеличится.

📌Рейтинги. Показатели ключевых акторов – в зеленой зоне после падения на прошлой неделе. При этом рейтинг ЕР сталкивается с афтершоком топливного кризиса. Если на прошлой неделе партия даже набрала 1 п.п., пока рейтинги президента и правительства снижались, то теперь ЕР теряет 3 п.п., по данным ФОМ. ЛДПР +2 п.п. (11%), СР – 1 п.п. (3%), Остальные – без изменений: КПРФ 11%, НЛ – 7%.

На следующей неделе важные памятные и идеологические даты – День крещения Руси и другие. Посмотрим, как партии встроятся в этот тренд.

Гибель «Анкориджа»
Сценарии урегулирования украинского кризиса во второй половине 2026 года

В процессе урегулирования конфликта на Украине произошел важный, поворотный момент, который может оказать значительное влияние на дальнейшее разрешение кризиса. США впервые признали факт невозможности реализации предложений, которые были сформулированы в ходе переговоров Путина и Трампа в Анкоридже. Сейчас важно зафиксировать некоторые выводы из этой истории, а также обозначить возможные сценарии дальнейшего развития событий.

Коллеги подготовили обстоятельный текст о перспективах дальнейших мирных переговоров.

Параллельные вселенные

У российских специалистов социогуманитарного профиля есть вредная привычка – они ищут несколько параллельно существующих реальностей. Две, три, четыре, пять, десять Россий. Иногда этот методологический прием оправдан и продуктивен. Иногда он используется лишь для того, чтобы придать работе видимость теоретической глубины. И, несмотря на то что мой кейс, кажется, идеально подходит для того, чтобы назвать его «Две России», делать я этого не буду во избежание увода дискуссии не в ту сторону.

После такого затянутого дисклеймера хочется отметить наблюдаемый мною процесс поляризации двух больших информационных пузырей в российской политической повестке. Провластные и оппозиционные СМИ всегда по-разному смотрели на политпроцесс. Одни фокусировались исключительно на позитиве, другие – на негативе. Такое распределение зафиксировалось давно и было привычным. Там, где в одних источниках была «отрицательная динамика роста», в других – «обвальное падение». Такие стилистические моменты уже даже становились частью информационного фона, а не содержания. Однако в последние недели ситуация начала быстро меняться.

Если открыть публикации иноагентских СМИ и оппозиционных блогеров, то может сложиться впечатление, будто Россия стоит на грани катастрофы. За литр бензина убивают. Полки в магазинах пустые. Урожая не будет, страну ждет голод. Ужас. Паника. Караул. Однако те, кто живет в России, вряд ли наблюдает что-то из вышеперечисленного. Да, недовольство растет. Да, уровень тревоги в обществе тоже растет. Но, по ощущениям, все в тех самых пределах, которые фиксируют социологи ФОМ и ВЦИОМ.

У данного феномена может быть несколько объяснительных моделей:

📌Оторванность от контекста. Уехавшие оппозиционеры могут сколько угодно говорить о том, что не теряют связи со страной благодаря соцсетям и прочим новым технологиям, но практика говорит об обратном. Иначе, стоя в очереди за бензином, они бы узнали, что главная причина дефицита – это тайный передел собственности (не шутка). При отсутствии личного коммуникационного опыта они могут опираться только на узкий информационный срез собственного пузыря. Выход за его пределы в цифровой среде маловероятен. У них просто меньше шансов столкнуться с альтернативной точкой зрения.

📌Спланированная информационная кампания. Приближающиеся выборы в Госдуму неминуемо способствуют активизации антисистемщиков, которые вполне откровенно работают на дестабилизацию российского инфополя с целью влияния на итоговый результат голосования. Отсюда вбросы про мобилизацию сразу после выборов. Вбросы про отмену выборов. Фокусировка на общественных проблемах. Эта тенденция будет усиливаться, особенно в последние две недели перед голосованием.

📌Самообман или «самосбывающееся» пророчество. Оппозиционная аудитория давно живет в ожидании системного кризиса в России, поэтому наибольшее внимание получают те публикации, которые подтверждают уже сложившуюся картину мира. В феврале-марте 2022 года антисистемщики давали прогнозы про 1–2 месяца. Прогноз все никак не сбывается… Но вот появилась надежда! Поэтому зачастую это намеренная или ненамеренная выдача желаемого за действительное.

Скорее всего, в каждом конкретном случае есть комбинация этих трех составных причин. Кто-то заблуждается, кто-то в большей степени потерял контекст, а кто-то откровенно работает на информационную дестабилизацию. Итог один – в политической информационной повестке все отчетливее формируются две параллельные вселенные, в одной из которых все прекрасно, в другой – все ужасно. И поляризация эта будет только усиливаться.

По итогам выхода нового выпуска из нашей серии «Кибер-Айсберг» (ссылка в предыдущем посте) поговорил с коллегами из АК на тему партийной повестки в сфере ИИ:

Что в результатах исследования удивило лично вас сильнее всего? Есть ли вывод, который противоречит распространенному представлению о том, как партии работают с темой искусственного интеллекта?

— Вряд ли можно сказать, что что-то по-настоящему удивило. Вот если бы коммунисты создали собственную LLM на базе трудов марксизма-ленинизма, тогда бы я, быть может, удивился. Хотя, после «Нейрожириновского» уже практически нечему удивляться.

Главное, что пока не удивляет, но меня как аналитика расстраивает, — это слабая эмпирическая база. Мы пока не видели смелых и интересных решений, созданных партиями на базе ИИ. Надеюсь, что в ближайшее время тенденция изменится.

Подробнее — на сайте АК

Кибер-айсберг: таяние льдов
Анализ развития темы ИИ в повестке партий

Основные выводы и прогнозы

🟥Конкуренция за смыслы усиливается. Доля ЕР в общем массиве сократилась с 60% до 49,5%, однако лидерство остается кратным: единороссы по-прежнему упоминаются в контексте ИИ почти втрое чаще ближайшего преследователя. Среднесуточная интенсивность упоминаний «Единой России» снизилась на 28%, тогда как «Новые люди» (+37%), КПРФ (+21%) и ЛДПР (+7%) нарастили присутствие. Речь идет не столько о снижении активности ЕР, сколько об активизации парламентской оппозиции после официального старта кампании.

🟥Тревожный фон нарастает. Доля негативных сообщений выросла с 1,4% до 4,6%, доля позитивных снизилась с 23% до 15,7%. Максимальная концентрация негатива - у ЛДПР (13,4% массива партии). Баланс технооптимизма и анализа рисков, зафиксированный в первом выпуске, смещается в сторону более конфликтной рамки. Это связано в первую очередь с тем, что большинство игроков в рамках своих предвыборных съездов позиционируют развитие ИИ не только как возможность, но и как риск и угрозу.

🟥Фиксируется тематический дрейф. За прошедший месяц фиксируется значительная политизация повестки ИИ. Тематическая структура упоминаний сместилась от отраслевых рубрик («Наука и образование», «Здоровье и медицина») к электоральным («Власть», «Выборы», «Партии и движения»). Нейросети все чаще фигурируют не как предмет отдельных отраслевых инициатив, а как элемент предвыборного позиционирования, часто фиксировались сигналы о развитии нейросетей на партийных съездах.

🟥Непарламентские партии активизировались. Съезды и выдвижение списков более чем втрое увеличили среднесуточную интенсивность упоминаний непарламентских партий в ИИ-контексте. Тем не менее общий уровень активности этой группы остается на низком уровне.

🟥В ожидании сущностных сигналов. По мере регистрации списков и перехода кампании в новую фазу следует ожидать роста числа инициатив партий по вопросам регулирования ИИ, которые будут озвучиваться как программные предложения.

🟥Закон об ИИ как консенсусный инфоповод. Принятие Госдумой закона о поддержке развития технологий ИИ стало центральным событием периода, за интерпретацию которого конкурируют все партии: «Единая Россия» подчеркивает поддержку отечественных разработчиков, «Справедливая Россия» — «поэтапное регулирование», «Новые люди» - своевременность решения на фоне других действий, ЛДПР пытается развить тему, найдя свою нишу в борьбе с фейками.

Полный текст доклада — на нашем сайте.

📌 Некоторые важные публикации недели на «Актуальных комментариях»:

🔷 Михаил Карягин — о том, можно ли «запрограммировать» традиционные ценности.
Автор предлагает рассматривать цифровые технологии как среду, формирующую модели поведения и систему общественных координат. Сегодня ключевой вопрос связан с тем, кто определяет правила работы алгоритмов и какие представления о норме закладываются в цифровую среду. Борьба за архитектуру этих смыслов постепенно становится одним из важнейших направлений современной культурной политики.

🔷 Илья Гераскин — о Донбассе как пространстве, где проверяются геополитические концепции.
Материал показывает, что события в Донбассе давно вышли за рамки регионального конфликта и превратились в точку столкновения различных моделей мирового устройства. Многие представления о международной безопасности, роли государств и устойчивости глобального порядка не выдержали проверки реальностью. Конфликт одновременно стал военным противостоянием и точкой переосмысления привычных геополитических конструкций.

🔷 Глеб Кузнецов — о том, почему идея общественного блага стремительно теряет политический вес.
По мнению автора, универсальные представления об общем интересе постепенно уступают место политике частных идентичностей и ситуативных коалиций. Обществу становится все сложнее вырабатывать единые ценностные ориентиры, поэтому само понятие общественного блага все чаще остается элементом политической риторики вместо практического ориентира для принятия решений. Это меняет логику современной политики, усиливая конкуренцию отдельных интересов и снижая значение коллективных целей.

🔷 Леонид Цуканов — о «пещере ядерного короля» и новой дипломатии силы.
История вокруг иранских подземных ядерных объектов становится частью большой политической игры, где символы работают не слабее военных возможностей. Демонстрация защищенности стратегической инфраструктуры превращается в самостоятельный аргумент на переговорах, усиливая позиции Тегерана без прямой эскалации. Все большее значение приобретает способность убедительно демонстрировать устойчивость к внешнему давлению, поскольку именно она определяет силу переговорных позиций.

#ПМН по мотивам последнего обращения Трампа к нации.

Похоже, республиканцы включаются в кампанию по объяснению поражения на промежуточных выборах в ноябре.

Цифровая идеология: можно ли запрограммировать традиционные ценности

Объективность и беспристрастность — это те качества, которые часто приписываются нейросетям. Якобы машина — нейтральный инструмент, лишенный человеческих эмоций, а значит ее решения априори более справедливые. Во-первых, есть исследования, которые доказывают, что это не так. Важно, на каких данных были обучены модели, и какие стоп-листы в них заложили разработчики. Во-вторых, мы все чаще видим, как технологию ИИ стремятся нагрузить ценностным и культурным багажом, что связано с постепенной национализацией сферы нейросетей.

Тенденция будет укрепляться. Вопрос уже заключается не только в том, где хранятся данные и кому принадлежит программный код. Государству необходимо определить, какие ценностные установки будет воспроизводить цифровая система, с которой ежедневно взаимодействуют миллионы граждан. Так, в недавно принятом в России законе о поддержке развития технологий искусственного интеллекта есть пункты о традиционных российских духовно-нравственных ценностях. И это общемировая тенденция. ИИ все реже воспринимается лишь как инструмент. У этого процесса будут свои последствия и свои проблемы.

📌Культурный код. Представление о том, что в нейросеть можно загрузить некий перечень убеждений и получить идеологически выверенную машину, является ошибочным. Вернее, так сделать можно, но качество работы LLM радикально снизится. Модель формируется значительно сложнее: через подбор обучающих данных, систему приоритетов, правила фильтрации. Ценностная история могла бы закладываться вокруг организации работы сервисов и систем на базе ИИ, но не в сами модели.

📌Перевод понятий. Традиционные ценности существуют в политическом и культурном языке, где смысл раскрывается через историю, опыт и моральные категории. Алгоритму же требуются формализованные критерии. Разработчики должны решить, как именно модель будет распознавать патриотизм, историческую память, справедливость, коллективизм или приоритет семьи. Любая такая формализация неизбежно упрощает сложные понятия и создает риск бюрократизации ценностей. Живая культурная норма может превратиться в набор шаблонных ответов, которые будут формально корректными, но содержательно пустыми.

📌Замедление индустрии. Российские разработчики по сумме сложных причин, среди которых и технические, и геополитические, пока отстают от западных конкурентов. Нехватка чипов и ресурсные ограничения — один из главных сдерживающих факторов, но добавление к уже имеющимся проблемам дополнительных трудностей в виде верификации разработок на предмет соответствия традиционным ценностям — это дополнительное отягощение, которое вряд ли ускорит процесс разработки.

Вышеописанные аспекты, конечно, не означают необходимость снятия ценностных вопросов в дискуссии о развитии нейросетей, однако они, вероятно, должны быть перенесены в организационную плоскость, а не сферу разработки и развития продуктов на базе ИИ.

Мой комментарий специально для АК

3 сценария эскалации конфликта на Украине

Декларация по итогам саммита НАТО в Анкаре прямо закрепляет планы стран альянса на эскалацию конфликта на Украине.
Во-первых, Россия фиксируется как основная угроза безопасности евроатлантической безопасности.
Во-вторых, военное финансирование Украины пролонгировано и на 2026, и на 2027 годы в сумме не менее 70 млрд евро в год (и это помимо того кредита в 90 млрд, который был согласован ЕС весной этого года).
Кроме того, в рамках публичных форматов звучали недвусмысленные сигналы, указывающие на то, что страны НАТО готовы к переходу на новую ступень эскалации. На данном этапе наиболее вероятными являются три эскалационных сценария.

Полный текст статьи

https://chesnakov.ru/tureczkij-sgovor/

Госдума-2026. Главные события предвыборной повестки (3-10 июля)

📌Юридические тонкости. Всю неделю политические партии подавали документы в ЦИК для регистрации кандидатов. Ожидаемо, с процедурой с первого раза справились не все. Уже сейчас можно зафиксировать, что как минимум шесть официально действующих партий в выборах не примут участие, не подали документы. Возможно, кто-то к ним присоединится после проверки ЦИК. Пока по плану в итоговом списке будет 8-11 партий.

📌Повестка сгущается. Число вбросов о жестких решениях сразу после выборов увеличивается. В топе таких тем – мобилизация, ограничения на работу Рунета, налоги и тарифы. В ряде информационных пузырей и вовсе уже сформировался консенсус относительно того, что после выборов в России точно наступит апокалипсис. Основания у таких вбросов сомнительные. То украинский источник, то заявление президента Чехии П.Павела. Несмотря на низкое качество вбросов, интенсивность подобных информационных атак будет только расти, берут количеством.

📌Топливный кризис усиливается. По данным ФОМ, внимание к теме продолжает расти. Уже 20% россиян называют ее главной в повестке (на прошлой неделе было 14 п.п., а неделей ранее – 5 п.п.). При этом если разделить тему СВО на отдельные треки, то топливный кризис и вовсе становится топ-1 инфоповодом. Опрос проводился до тематического совещания Путина с членами правительства, посмотрим, что будет на следующей неделе.

📌Протестный потенциал растет. Так, доля тех, кто считает, что гипотетическая акция протеста собрала бы большое число участников, увеличилась с 16 до 19 п.п. При этом большая часть россиян (46%) по-прежнему считают, что на акции было бы не много участников. Динамика является нормальной реакцией на текущие вызовы в повестке. Но тему также будут прокачивать антисистемщики.

📌Рейтинги ключевых акторов стабилизируются. Изменения есть, но уже не столь значимые, как в предыдущие две недели. Однако это не означает, что наступил период спокойствия. Нет, я бы ставил на то, что повышенная турбулентность основных показателей общественных настроений будет сохраняться как минимум до конца 2026 года.

Повестка следующей недели пока остается неопределенной. Партии будут отыгрывать тему регистрации своих кандидатов, фокусироваться на значимых аспектах списков (участники СВО, сигналы кадрового обновления). Высоки риски доминирования внешнеполитических событий на фоне актуализации рисков по линии Россия-Запад, однако в содержательном смысле игрокам здесь сложно сказать что-то новое. Топливный кризис, вероятно, в повестке также надолго, поэтому он также останется в фокусе внимания.

Эскалация как инструмент (?)

Пугающая, на первый взгляд, откровенность М.Рубио на саммите НАТО (встреча Трампа и Зеленского) – это не новость. Это фиксация актуальной реальности. Мало у кого оставались сомнения относительно того, что растущая эффективность украинских дальнобойных ударов – это не заслуга ВПК Украины, а следствие комплекса решений в сфере обмена разведданными, поставок новых вооружений Киеву и прочих факторов.

Структурная проблема заключается в том, что администрация Трампа может свалиться в ловушку администрации Байдена, когда представление о том, что давление на Москву может сподвигнуть Кремль к неудобным компромиссам, было главенствующим нарративом. В период 2022-2023 это провоцировало только ответную реакцию, и нет оснований полагать, что в 2026 эффект будет другим.

Более того, заявления американской стороны лишь подтверждают аргументы Москвы относительно того, что Киев не способен самостоятельно использовать западное вооружение для нанесения чувствительный ударов по российским тылам. А это только усугубляет противостояние по линии Россия-Запад, которое никак не приближает мирное урегулирование украинского кризиса, так как он все отчетливее становится лишь элементом (этапом) большой войны. Собственно, последние заявления Пескова укладываются в эту логику.

Все это указывает на то, что сценарий радикальной эскалации становится все более реальным, однако последствия — все менее предсказуемыми.

Угрозы большой войны или особенности дипломатии Трампа

Ситуация на Ближнем Востоке может радикально обостриться после взаимных ударов США и Ирана. Особенность текущей ситуации заключается в том, что после взаимных ударов (которые случались и ранее, уже после заключения перемирия), последовали институциональные решения – США отозвали лицензию, разрешающую Тегерану продавать нефть. Кроме того, американский президент, который обычно говорит о том, что все отлично и достигнут прогресс, транслирует пессимистичные сигналы: «Думаю, все кончено», – заявил Трамп, комментируя ситуацию вокруг перемирия с Ираном.

При этом ни новые удары, ни отзыв лицензии, ни даже алармистские и жесткие заявления (Трамп назвал иранское руководство «злыми, больными людьми») не означают автоматический срыв переговорного процесса. Как и заключение перемирия никак не гарантировало разрешение самого конфликта.

Ключевой проблемой актуального периода является отсутствие гипотетических компромиссных сценариев, которые бы устраивали ключевых участников конфликта. Даже если вывести Израиль из этого уравнения, все равно никак не получается смоделировать соглашение, которое бы устраивало и Вашингтон, и Тегеран.

📌Проблема урана. Для Тегерана обогащенный уран – главный переговорный актив, который невозможно добровольно обнулить без гарантий (если такие вообще возможны). Иран может обсуждать режим инспекций, технические ограничения, параметры хранения или пределы обогащения, но передача запасов третьей стороне или тем более отказ от них в пользу США будет восприниматься как капитуляция под давлением. В этом и заключается первое базовое противоречие. Вашингтон хочет получить необратимое ограничение иранских возможностей, а Тегеран хочет сохранить рычаг, который можно использовать в следующем раунде торга.

📌Пролив Шредингера. Ормузский пролив находится в политической суперпозиции: он одновременно открыт и закрыт, безопасен и опасен, контролируем и неконтролируем – все зависит от того, кто именно описывает ситуацию. Для США и их союзников нормой является свободный проход судов. Для Тегерана возвращение к прежнему статусу-кво без компенсации выглядит как отказ от одного из немногих инструментов, позволяющих превращать региональную уязвимость в глобальную проблему. Обещания о возможной разморозке активов в неопределенном будущем, судя по действиям иранской стороны, не заменяют немедленных и реальных гарантий.

📌Информационно-коммуникационный канат. Не менее важна борьба за описание самих переговоров. Каждая сторона говорит не о компромиссе, а о собственной победе: Вашингтон – о давлении, которое вынуждает Иран уступать, а Тегеран – о сопротивлении, которое не позволяет США диктовать условия. Такая коммуникационная модель оставляет мало места для реального примирения, потому что любой шаг навстречу заранее оказывается токсичным для внутренней аудитории.

У Трампа горят сроки. Омрачать домашний ЧМ новым витком эскалации не хочется. Но и затягивать решение иранского вопроса нельзя, по политическим меркам промежуточные выборы уже совсем скоро.