По-прежнему очень актуально. В информационном поле идет долгосрочный «прогрев». Израильтяне готовятся к оккупации, это видно из нарративов и реальных действий «на земле».

Ваш навигатор по Ближнему Востоку

Представляем обновленную подборку Telegram-каналов, которая станет вашим путеводителем по этому завораживающему региону.

Почему наскальные рисунки в Тассилин-Адджер называют «библией Сахары»? Как туареги находят воду там, где её нет на картах?

Чем знаменит иранский театр теней и почему он считается предшественником кино? Как современные художники из Катара и ОАЭ переосмысляют каллиграфию?

Почему в Иране едят рис с йогуртом, а в Омане — с рыбой? Какое место занимает финик в арабской кухне?

Какие скандальные романы написали арабские писательницы и почему их запрещали? Как устроен багдадский книжный рынок аль-Мутанабби?

Как йеменский архипелаг Сокотра превратился в полигон для экологов и разведчиков? Почему Объединённые Арабские Эмираты строят на Марсе город через колонию микроводорослей?

Что общего у друзов, езидов и алавитов? Почему в Бахрейне под землёй скрыты целые кварталы, забытые во времена протестов?

MENA Group

Хочешь присоединиться к нашему сообществу? Тогда пиши модератору — @cheyuwong

Как проходит процесс включения курдских сил в государственные структуры Сирии

В начале января текущего года Сирийская арабская армия (САА) при поддержке проправительственных племенных формирований провела стремительную операцию против позиций курдских Сирийских демократических сил (СДС), взяв под контроль большую часть их прежних территорий, включая главные нефтяные месторождения и объекты инфраструктуры.

На этом фоне 18 и 30 января между двумя сторонами конфликта были подписаны соглашения, которые формально ликвидировали северо-восточную автономию и передали центральным властям контроль над провинциями. С этого момента начался сложный процесс инкорпорации курдских структур в сирийские институты, который к середине мая по-прежнему остается незавершенным и разнородным.

📑 Подробнее о том, как продвигается интеграция СДС в государственные институты Сирии и какие противоречия тормозят этот процесс, – читайте в новом материале на Портале.

Опять же, в западных соцсетях статья вызвала бурные дискуссии. Оно и неудивительно, учитывая заголовок. Как раз для нарратива самое то.

Интересный пост в критику автора статьи (пер. авт.):
«На прошлой неделе партия каптагона прибыла в Индию в контейнере, официально заявленном как перевозящий шерсть морским путем из Сирии. Но Charles_Lister говорит, что Сувейда, которая живет в условиях правительственной блокады и не имеет пунктов пересечения границы, не говоря уже о выходе к морю, является столицей наркотрафика... [и дальше менее академичные и более политизированные выражения в адрес автора]».

Кстати говоря, автор Чарльз Листер (Charles Lister) – британо-американский аналитик, консультант и политолог. Из его связей – сирийская оппозиция в Идлибе и Катар. Более того, Листер много лет занимался именно теми группами, из которых выросло ядро ХТШ (запрещена на территории РФ), и был очень близок к теме сирийской вооруженной оппозиции и людям, которых мы в России долгое время называли террористами. Его публикации и выступления нередко трактовались как попытка «нормализовать» часть «сирийской оппозиции» в глазах Запада.
Неудивлюсь, если он принимал участие в экспертном сопровождении и ребрендинге новых властей в декабре 2024 г. и ранее.

@orient_saab

А теперь про чужие нарративы. На днях стала популярна статья в New Lines Magazine под заголовком: How Israel-Backed Sweida Became Syria’s Narcotics Capital (Как поддерживаемая Израилем Сувейда стала наркостолицей Сирии). И примечательно, что половину статьи автор посвятил Хасан аль-Атрашу, Лайту аль-Балуосу и мыслям, что среди друзов есть и «понимающие».

Также не меньшую улыбку вызывает цитата (перевод мой):
«Два сотрудника службы безопасности в Дамаске сообщили мне, что сирийская разведка внесла свой вклад в пакет ударов Иордании, используя для этого специальную группу по обмену разведывательной информацией, созданную в начале 2025 года специально для борьбы с наркоторговлей. Сирийские власти также были проинформированы об ударах до их осуществления.»

Или цитата:
«По данным Министерства внутренних дел Сирии, к осени 2025 года внутреннее производство каптагона было практически полностью прекращено после интенсивных рейдов на объекты, ранее принадлежавшие режиму Асада. Однако, как мне тогда сказал министр внутренних дел Анас Хаттаб, правительственные власти мало что могли сделать с Сувейдой, где с июля 2025 года агенты, связанные с аль-Хаджари, создали новые производственные мощности по выпуску каптагона, в том числе одну в самом центре Сувейды.»

Независимое исследование получилось. И этот сарказм вызван прежде всего тем, что основная проблема наркотрафика на юге – это коррупция и зависимость местного населения от наркоэкономики. В статье для Восточной трибуны приведены данные с сирийских и иракских сводок силовиков https://ot-portal.com/analytics/kak-ustroena-sistema-narkotrafika-na-yuge-sirii/ . Достаточно посмотреть сколько каждый месяц находится каптагона на КПП в Дараа.

Вовремя написал про систему наркотрафика на юге Сирии. Поскольку как всегда в российских медиа преобладают чужие нарративы про друзов. Уже даже привычно, что во всем виноват Хаджари, как он только успевает.

В этом контексте предлагаю обратить внимание на мой отрывок выше про роль друзского руководства:
«Несмотря на то, что духовное руководство друзской общины во главе с шейхом ал-аклем Хикматом ал-Хаджари публично заявляет о противодействии наркотрафику, на практике структуры безопасности анклава не ведут системной, последовательной борьбы с подобной теневой экономикой на подконтрольных территориях. Судя по всему, это связано с опасениями спровоцировать внутреннюю эскалацию и нарушить сложившийся баланс сил между кланами, когда резкое давление на отдельных игроков может привести к вооруженным столкновениям и дестабилизации всей автономии. В результате преступные группы продолжают действовать в рамках неформальных договоренностей с руководством общины и опираются на негласную терпимость, если не нарушают «красных линий» внутренней безопасности и не бросают прямой вызов духовному центру.»

Кстати, судя по тому, что мне без секрета озвучивали старшие коллеги и наставники – мы в Сирии тоже не занимались решением этой проблемы (особенно, когда это было очень нужно – после начала нормализации с КСА, ОАЭ), ровно по той же причине, что бесполезно без экономической и политической стабилизации центра приступать к югу. Хотя как отмечают другие старшие коллеги, мы Сирией, в целом, в последние годы не занимались.

С иранцами – все сложнее. Для тех, кто следил за регионом не секрет, что Иран активно участвовал в контрабанде оружия на ЗБРИ через юг Сирии. Это не просто израильский нарратив, эту тему поднимали и иорданцы, и даже сами палестинцы (само собой из ПНА). Хотя, конечно, не такие масштабы, какие озвучивают израильские СМИ.

На мой взгляд, иранцам было слегка «побоку» на каптагон. Главное – экономическая выживаемость режима и поставки оружия. Поэтому нарративы, что «во всем виноват Иран» также не валидны.

Короче, скажу как всегда политологически и душно – проблема структурная, системная и т.д. и т.п. Чтобы ее решить, нужно решить сирийский кризис.

Касательно друзов, Х.аль-Хаджари также ничего не может сделать с наркотрафиком. Поскольку в нем замешаны отдельные кланы – нарушать текущий баланс чревато дестабилизацией всего анклава. Поэтому масштабной кампании и нет. Были лишь облавы, устроенные бывшими Людьми достоинства, но этого явно недостаточно.

Вопреки нарративам Дамаска действующее руководство Эс-Сувейды не участвует напрямую в наркотрафике (по моим наблюдениям с 2023 г.). Проблема примерно такая же как у Дамаска – мелкие чиновники. Коррупция на местах, зависимость локальной экономики от каптагона не позволяет реально противостоять проблеме. Да и есть и другие угрозы у анклава.

Новые власти в Дамаске хоть и действительно заинтересованы в борьбе с наркотрафиком на юге, но в ближайшей перспективе решить проблему не смогут. Для этого нужно экономическое и политическое восстановление – поставить юг на легальную экономику также тяжело, как и «поднять» всю сирийскую экономику.

Причем инвестиции и помощь стран Залива (если оно будет в большом объеме) принесут ощутимый эффект и повлияют на юг только лет через 5, на мой взгляд. Само собой, при учете, что Дамаск проведет реформы и каким-то образом снизит коррупционную составляющую или хотя бы сделает «токсичными» взятки от наркоторговцев.

Удары иорданских ВВС, ликвидация наркоторговцев также не приведут к какому-то системному эффекту, ровно как и облавы силовиков и усиления контроля на КПП. Каптагон – это то, чем живут огромное количество людей, начиная с кланов, заканчивая группировками и целыми городами.

Не самая популярная тема в российских медиа. А вместе с тем это один из важных аспектов жизни юга Сирии. Разбираемся кто над кем стоит и как вся система работает в статье. 👆

Как устроена система наркотрафика на юге Сирии

Южные территории Сирии представляют собой один из ключевых узлов регионального наркотрафика. Это обусловлено прежде всего затяжным конфликтом и длительной деградацией легальной экономики, когда значительная часть хозяйственной активности сместилась в теневой сектор.

К моменту политических изменений в декабре 2024 г. в стране уже существовали производственные мощности, накопленные запасы и выстроенные каналы сбыта наркотических веществ, ориентированные на внешние рынки. После смены власти они не исчезли, а были перераспределены между различными акторами, что позволило сохранить непрерывность торговли и обеспечило ее дальнейшую адаптацию к новым условиям.

Сегодня наркотрафик на юге Сирии – это децентрализованная модель, опирающаяся на клановые, племенные и деловые связи. Единого центра координации не существует: ключевые функции распределены между местными субъектами, каждый из которых контролирует отдельные звенья цепочки.

📑 Подробнее о системе криминальной экономики в постасадовской Сирии – читайте в новой статье на Портале.

С Днем Победы, дорогие читатели!

В этот день мы вспоминаем тех, кто защитил наше будущее ценой невероятных усилий и потерь. Каждый прожитый день, каждый шаг в труде, заботе и мире – это результат их подвига. Пусть наша решимость созидать и оберегать будет сильнее любых угроз, стоящих перед народом. С важным праздником!

👤🧩 Багдадский пазл сложился, но какая вышла картина?

Выдвижение Али аз-Зайди на пост премьер-министра Ирака оказалось, по меркам сложившейся после 2003 года политической практики, нетипично бесконфликтным.

«Координационная структура» – альянс ключевых шиитских сил, обладающий парламентским большинством, – выдвинула кандидатуру, не встретившую существенного сопротивления ни со стороны суннитских, ни со стороны курдских блоков. Для иракского политического процесса это редкость.

Однако кажущаяся беспрепятственность маскирует куда более сложную действительность. У аз-Зайди всего 30 дней на формирование кабинета, который должен одновременно учитывть интересы и требования различных конкурирующих политических сил. Внешне консолидированная поддержка его выдвижения – лишь отправная точка значительно более напряженного переговорного процесса, исход которого далеко не предрешен.

📑 В новом материале А. Аль-Джанаби подробно рассматривает неочевидные аспекты текущего процесса формирования правительства в Ираке.

Интересно и крайне важно про Ирак от моего дорогого коллеги

Крайне важная тема для будущего Сирии. Усиление должности губернатора может серьезно поменять систему, в какой-то степени деконцентрировать ее, без федерализации как таковой. Хотя, конечно, многие проблемы останутся.

🏛️ Будущее местного управления в Сирии и немного старых привычек власти

Спустя более года после падения режима Б. Асада сирийские власти продолжают сталкиваться с прежними проблемами, отягощенными последствиями затяжного конфликта.

Одним из наиболее чувствительных вопросов остается пересмотр модели государственного управления, в том числе в части, касающейся степени централизации страны и полномочий местных органов. От того, каким образом будет выстроена эта система, напрямую зависит способность Дамаска удерживать контроль над регионами и обеспечивать предоставление населению базовых услуг.

📑 О нюансах текущей административной модели и специфике местного управления Сирии читайте в новом материале на Портале.

Интересно, что израильтяне на данный момент контролируют ровно ту территорию, которую, вероятно, и будут оккупировать в долгосрочной перспективе.

С Тибнином я поспешил, хотя в прошлых войнах ЦАХАЛ сначала пытался взять «больше» так сказать «необходимого», а после перемирия демонстративно «отойти». Но всегда остается примерно одна и та же зона, ключевая для «обеспечения безопасности» (как видно на изображении 2, где израильские ресурсы сравнивают зону контроля/оккупации в 1990-х годах и текущую).

В СМИ (Трамп) пишут, что достигнуто перемирие между Израилем и Ливаном на 10 дней. Ни я, ни мои дорогие друзья и коллеги не питаем никаких иллюзий. Тем более, когда это в аккурат после взятия в кольцо Бинт-Джебель.

Да и не понятно, между кем и кем достигнуто соглашение? Хезболла в курсе? Кто отвечает за "санкции" за несоблюдение перемирия? Американцы? Даже шутить не хочется.

Подождем официального сообщения, хотя на мой взгляд все по кругу.

UPD: Звучат версии, что перемирие в рамках встречи Ауна и Нетаньяху. Вполне возможно, но скептиков в Ливане достаточно.

Населенный пункт Бинт-Джебель полностью в кольце. Крайне важный город для логистики Хезболлы, как в стратегическом, так и в символическом смысле. Значительная часть в том числе гражданской инфраструктуры разрушено.

Израильтяне могут перейти к наступательным действия по направлению к Тибнину (تبنين 33.193333, 35.410833). Это следующий логический уровень контроля над Южным Ливаном.

Тибнин расположен на 700-800 м над уровнем моря и дает контроль над несколькими холмами над обширными сектором юга, включая связку Бинт-Джебель–Набатия–Сур. Мысль не новая, в любой кампании это позволяет ЦАХАЛ блокировать ключевые маршруты Хезболлы.

Ожидаемый темп – несколько недель. Учитывая, что с начала апреля ЦАХАЛ уже наносил многочисленные удары по инфраструктуре города.

* Видео разрушений в Бинт-Джебель