Команда против пыток
@no_torture
5 715
«Сотрудник полиции, ранее сломавший мне руку, сказал, что если я [не сниму украшения], то он оторвет мне уши вместе с пирсингом».
«Они связали мне ноги, протянули веревку через наручники, перекинули ее через ручку двери и стали меня поднимать. У меня сильно болели суставы, наручники впивались в руки, я кричала.
Так я провисела примерно 20 минут, от паники я стала задыхаться. Посмотреть на мою пытку пришел весь отдел полиции».
«Набока открыла дверь, произнесла, «на кого это ты будешь писать жалобы?» и нанесла мне сначала удар в голову рукой, потом ударила ногой и начала беспорядочно бить меня», — вспоминает Денис.
«Второй полицейский Сергей Шнайдер взял меня за куртку и выкинул на асфальт, я ударился головой и потерял сознание на некоторое время. Чтобы привести меня в чувства, Набока пинала по ребрам. Я звал на помощь, но она схватила меня за майку и начала душить, чтобы я не кричал», — говорит Денис.
«Несмотря на изложенные защитой доводы о вопиющих нарушениях права на защиту самой Заремы, нарушения, допущенные в ходе допроса свидетелей, явное противоречие в доказательствах и показаниях, Верховный суд оставил приговор без изменения», — сказал адвокат Александр Савин.
«Отличие пытки от насилия заключается в значительной продолжительности и интенсивности воздействия на потерпевшего. Из показаний Шарфутова следует, что в результате противоправных действий Гутова, совершенных одномоментно, без разрыва во времени, он испытал физическую боль. Фактические установленные обстоятельства содеянного не свидетельствуют о причинении виновным потерпевшему особых физических или нравственных страданий. Назначенное осужденному наказание является справедливым».
«С 2022 года положения уголовного законодательства о пытках не менялись, вопреки утверждению прокуратуры признаки «продолжительности и интенсивности воздействия» в закон не вносились».