Когда под Алапаевском вскрыли старую шахту, на голове князя Иоанна обнаружили повязку из белой ткани. Ее сделала Елизавета Федоровна, которую вместе с другими узниками ночью сбросили в шахту и забросали гранатами.
Елизавета родилась немецкой принцессой, внучкой королевы Виктории. В девятнадцать лет она вышла замуж за великого князя Сергея Александровича и приехала в Россию.
Она оставалась лютеранкой, и никто не требовал менять веру. Почти семь лет Елизавета изучала православие и молилась, чтобы ей открылся правильный путь. Отец не благословил ее решение, но она не отступила. В 1891 году Елизавету присоединили к Православной церкви. Александр III подарил ей икону Спаса, которую она сохранит до смерти.
Террорист Иван Каляев бросил бомбу под карету Сергея Александровича. Елизавета услышала взрыв и среди обломков собирала останки мужа.
Через три дня она приехала к убийце в тюрьму. Принесла Евангелие и икону, сказала, что прощает его, и просила покаяться. Каляев отказался. Тогда Елизавета обратилась к Николаю II с просьбой сохранить террористу жизнь. Каляева казнили.
Прощение не возвращало мужа и не превращало преступление в добро. Оно означало другое: убийца смог разрушить карету и отнять жизнь, но не смог заставить Елизавету ненавидеть.
Как всё это происходило, подробно рассказал на канале, который работает благодаря вашим пожертвованиям. Благодарю вас за поддержку — без неё наша работа давно бы остановилась.
Подписывайтесь и поддерживайте, пожалуйста. Имена всех жертвователей передаю в женский Богоявленский Аланский монастырь.
После гибели мужа она продала драгоценности и создала в Москве Марфо-Мариинскую обитель милосердия. Здесь открылись больница, бесплатная аптека, столовая и приют для девочек. Лечили независимо от того, мог ли пациент заплатить.
Елизавета не ограничивалась руководством. Она делала перевязки, помогала врачам, ночами сидела возле тяжелобольных, спала на деревянной кровати не больше трех часов. Каждый день в обители кормили сотни людей, помогали найти работу и устраивали детей в школы.
Самым опасным местом был Хитров рынок — район нищеты, ночлежек и преступности. Полиция предупреждала, что не сможет ее защитить. Но Елизавета ходила по притонам, находила беспризорников и выводила их с улицы.
После революции ей предлагали уехать из России, однако она отказалась бросить страну и сестер. В мае 1918 года в обитель пришли вооруженные люди. Елизавете дали меньше часа на сборы. Сестра Варвара могла получить свободу, но осталась рядом с матушкой.
Узниц отправили в Алапаевск. В ночь на 18 июля их повезли к заброшенной шахте. По свидетельству крестьянина, обреченные шли под конвоем и молились. Перед падением Елизавета просила Бога простить убийц.
Несколько человек пережили падение. Из шахты еще долго доносилось церковное пение. Рядом с Елизаветой лежал тяжело раненный князь Иоанн. Она оторвала полосу от своего белого апостольника и перевязала ему голову.
Когда тело подняли, на груди Елизаветы нашли ту икону Спаса, подаренную в день принятия православия.
Вера стала для нее не способом спрятаться от страшной реальности, а силой действовать внутри нее. После взрыва — простить. Среди московской нищеты — служить. Во время революции — не бросить близких. На дне шахты — помочь раненому.
Ее история оставляет простой и трудный вопрос: способен ли человек, когда больно ему самому, увидеть того, кому рядом еще больнее?
