Весной 59 года до н. э., пока Цицерон считал волны в Анции и отбивался от невыносимых соседей в Формиях, вокруг наблюдались страшные перебои со связью. В середине апреля он пишет Аттику:

В то время как я, по своему обыкновению, с нетерпением ждал к вечеру твоего письма, мне вдруг сообщают, что из Рима прибыли молодые рабы. Зову их, спрашиваю, нет ли писем. Отрицают. «Что ты, — говорю, — неужели ничего нет от Помпония?». Испуганные моим голосом и выражением лица, они признались, что получили, но потеряли дорогой. Что сказать тебе? Я был крайне огорчен... (Att. II.8, пер. Горенштейна)

...а потом в своей обычной манере дважды просит друга повторить отправку:

Итак, если в том письме, которое ты отправил за пятнадцать дней до майских календ, было что-нибудь достойное истории, напиши возможно скорее, чтобы я не был в неведении; если же — ничего кроме шуток, то возврати мне и это. ... Восстанови предыдущее письмо и пририсуй что-нибудь новое. (Att. II.8, пер. Горенштейна)

Через несколько дней, когда Цицерон уже выехал в Формийскую усадьбу, заветные epistulae от Аттика все же дошли — целых две штуки! Со станции Tres Tabernae на Аппиевой дороге он пишет:

Что за два приятных письма я получил от тебя одновременно! ... Едва выехал я в самый день Цереалий из окрестностей Анция ... тут же твой раб с письмами. ... Обняв молодого человека, я отпустил его, торопясь прочесть письма. (Att. II.12, пер. Горенштейна)

Конечно, бросив все дела, Цицерон написал Аттику ответ и отправил с первым же посыльным. Однако еще через пару дней выяснилось, что этот ответ до адресата не дошел:

Позорное преступление! Письма, которым я тотчас же ответил тебе из Трех Харчевен, получив твои приятнейшие письма, — никто не передал тебе! Между тем, представь себе, ту связку, в которую я вложил его, доставили домой в тот же самый день, когда я отослал это письмо, и отнесли назад ко мне в формийскую усадьбу. Поэтому я велел снова доставить тебе это письмо, чтобы ты понял, как меня тогда обрадовали те письма. (Att. II.13, пер. Горенштейна)

Конечно, после такого стресса Цицерону и Аттику ничего не оставалось, кроме как встретиться лично. Это они и сделали, судя по всему, в начале мая в Арпинской усадьбе или в Риме — и наверняка долго обсуждали последние столичные сплетни 😈

Буква Z (аналог греческой дзеты Ζ) была временно исключена из латинского алфавита в 312 г. до н. э. цензором Аппием Клавдием, поскольку звук [з] между двумя гласными, который передавала эта буква, к этому времени перешёл в [р].

В 234 г. до н. э. на месте исключённой Z была создана отдельная буква G путём добавления к C поперечной чёрточки[комм. Но в I в. до н. э., после завоевания Римом Греции были добавлены буквы Y и Z для записи слов, заимствованных из греческого языка.

Визуализация античной Месопотамии в начале нашей эры - тут видно Ктесифон, Нагардею и другие пункты I в до н.э. - VI в. н.э.

2. Малые города и округа

Из иудейских городов Месопотамии стоит упомянуть также Нареш. Он был расположен вблизи Суры, при канале у Тигра Жители Нареша не пользовались хорошей репутацией, но тоже был центром иудаизма. В городе жили некоторые законоучители, называвшиеся по имени своего города. В Иерусалимском Талмуде упоминается ребе Симон из Нареша Рав Иди разрешил женщинам Нареша окунаться в микве днём, из-за «львов которые выходили ночью на охоту, так что женщины боялись покидать дом» В одном месте говорится об особом виде бобров, некогда водившемся в окрестностях Нареша.

Кроме городов существовали также деревни. Вокруг городов Месопотамии населенная иудеями сельская местность, которую отличали по округам. Первый – Голах или Сеннаар (Вавилон) с центром в Нагардее. Второй – «Междуречье» или Ниневия в Северной Месопотамии и Ассирии (центр – Низибис). Третий – Машена или «морской округ» у Персидского залива восточнее Шат-эль-Арабав области Харракена или Месена – вассального парфянам до III в.н.э. арабского царства. Округ считался «венцом» Вавилонии.

Значительным торговым городом к востоку от Тигра и близ моря был Харакс, который в талмудической литературе назывался «Haras» и отождествлялся с библейским Эрехом. Аккад отождествлялся с Кашкар. Там же упоминаются и Верхняя и Нижняя Апамея, основанные греками. В этом оживленном торговом округе, по сообщению Талмуда жили также кутейцы (самаритяне). «Месена» составляла часть древней провинции Халдеи.

Эти «провинции» подразделялись на меньшие округи, отделенные друг от друга многочисленными каналами. Отсюда служба «блюстителей каналов». Такой округ назывался parbar. Упоминаются Вавилон и его округ, Нагардея и её округ, существовали округи, называвшиеся Нареш, Сура, Пумбадита, Негар-Пекод, Махуза и т. д., каждый с особенностями в диалекте жителей и отличиями в мерах и весах

«Еврейская автономия» античной Месопотамии внутри Парфии и Персии I-III вв. Ч. 2. Города и округа

1. Главные иудейские города античной Месопотамии

Но где и кем правил экзиларх? Что считали иудеи в Месопотамии «страной Израильской», почему талмудисты считали, что «жить в Вавилонии то же, что жить в Эрец-Исраэль», что «оставить Вавилон — это преступить заповедь»
У иудеев, так же, как и у ненавистных взаимно греков огромной Селевкии-на-Тигре (основанной побежденной Парфией эллинистической династией Селевкидов напротив столицы парфян Ктесифона) была автономия и свои города.

В окрестностях Ктесифона у иудеев были населенные ими как минимум три крупных города – Пумбедита, Нагардея и Сура. Четвертым крупным месопотамским городом, где доминировали иудеи, по крайней мере, до парфянского похода римлян в Месопотамию при Траяне, был Нисибис (современный Нусайбин в Турции). Он правда, находился в арабском царстве Осроэна, бывшем сначала под парфянским, а потом под римским влиянием. – пока Римская империя не поглотила его в 216 г. н.э.

Сначала «столицей» еврейского «царя»-экзиларха Месопотамии являлся Нисибис. Там он имел резиденцию до I в.н.э. – начала таннаитского периода Талмуда.

На рубеже эр «царь изгнания» переехал уже в находившейся в прямой зоне контроля Парфянского царства город Нагардея – уже в Южной Месопотамии и недалеко от столицы Парфии Ктесифона.

Нагардея стояла у места впадения канала Наармальхи («Царская река») в Евфрат (упоминается Страбоном, Плинием Старшим и Аммианом Марцеллином, который лично видел его, будучи в войске императора Юлиана в походе против персов в 363 г. н.э.)

Нагардея - один из самых ранних центров вавилонского иудаизма, место нахождения талмудической академии. В последние десятилетия существования Второго Храма, перед Иудейской войной 70-х гг. н.э. считался «вавилонским Иерусалимом». В Нагардею ежегодно поступали деньги, собиравшиеся с евреев в пользу храма со всех концов Вавилонии - как прямо подконтрольных царям Парфии, так и из вассальных парфянами государств.

Иосиф Флавий в «Иудейских древностях» ( XVIII, 9, § 1) сообщает «Город Негардея крайне оживлённый, обладает отличной и обильной землей; ко всем прочим преимуществам присоединяется ещё и то, что там был избыток населения… Негардея и Низибис были укреплёнными центрами в Вавилонии, где хранились деньги, которые должны были отсылаться в Иерусалим и отсюда уже отправлялись по назначению».

Нагардея перестала быть местом пребывания талмудической академии после того, как во время римско-персидских войн III в. н.э. ее взял и разрушил с помощью контингентов восточных римских армий сначала союзный, а затем отколовшийся от империи царь оазиса Пальмира Оденат в 259-260 гг. н.э. После этого академия перенесена в третий ключевой город иудейской Месопотамии – Пумбедиту.

Еще один крупный город "еврейской автономии" Месопотамии Пумбедита располагалась «в десяти парасангах» к западу от Ктесифона (пригородов современного Багдада). Грек из Месопотамии, писатель Исидор из Харакса (столица вассального парфянам царства Харакена в в районе современной Басры, у моря) в своих "Парфянских стоянках" в I в.н.э. отмеряет расстояние и пункты по «Царской дороге», называет его Олабусом. Пумбедита стала центром иудеев в персидской империи Сасанидов.

Наконец, последний крупный центр жизни иудейской общины в Месопотамии – город Сура (Мата Мехасья в районе древнего города Хира, столицы вассальных персидским Сасанидам арабской династии Лахмидов, «прикрывавших» со стороны пустыни и римлян столицу Ктесифон. Талмудистская академия в Мата Мехасье служила филиалом Академии Суры, основанной Аббой Арихой в III в н.э.

Невероятный сельдерей - лекарство от всего (даже от яда)

Если выпить воду, в которой были выварены или сам сельдерей, или его корни, то она успешно борется против коварства ядов. Сельдерей примешивают к териакам и антидотам, после амома и после корицы уже не как недостойный.

Есть болеутоляющее средство из семени сельдерея, которое, если им облить голову, удивительным образом оберегает страдающий желудок, как сообщает в своей книге Гера из Каппадокии.

Она берет семени сельдерея — 4 части, аниса — 4, белены — 4, молодых побегов сельдерея — 3 части; все это, растертое, обработанное маслом с водой, формируют в виде маленьких пилюль, из которых выпивают одну или две, растворив в сладком вине, если не было лихорадки.

Если же лихорадка была, то их дают выпить перед сном, растворив в воде. Насколько это питье имеет силу, хотя бы не вызвало оно никакого ущерба, пусть я познаю это на собственном опыте.

Обваренный в воде сельдереи прекращает изжогу в желудке. Движет мочу. Листья его, растертые с хлебом, настоенные на воде и розовом масле, удаляют опухоли и воспаления (Вода, где варился его корень, помогает против ядов и облегчает боль в почках).

Растертые с хлебом и положенные сверху листья лечат гнойные воспаления слизистой оболочки и сдерживают веянию опухоль. Сам растолченный зеленый сельдерей, если им натереть тело, помогает, когда ты хочешь, чтобы вариола не распространилась.

Из растертого семени сельдерея и такого же количества семени укропа, такого же количества семени белены и полстолько перьев сельдерея, растертых и спрыснутых водой, лепят пилюли.

Если появилась лихорадка, дают перед сном одну или две пилюли, растворенные в воде. Чудесно!

______________________________

Гаргилий Марциал (III в. н. э.). "Лекарства из овощей и плодов", Гл .II

#медицина

"Еврейская автономия" античной Месопотамии под властью Парфии и Персии, врагов Рима. Ч. 1 "Царь изгнания "

Римской империи в сначала победоносной войны против Парфии при императоре Траяне в 115-117 гг. н.э. не удалось закрепиться на всем протяжении Тигра и Евфрата до впадения их в Персидский залив. Римляне очень хотели контролировать эти земли.

Сюда шел "Шелковый путь" из Китая, и местные купцы перепродавали шелк и пряности сирийским, греческим и римским с огромной наценкой, а те ещё больше повышали цену уже в Римской империи. Оттуда же шел торговый путь прямиком в Индию, с ее хлопком и корицей, без посредников. Император Траян увидел там уходящий «к индам» корабль, горестно заявив, что он сам уже не успеет, как Великий Александр, туда добраться до смерти.

Он был прав – жесточайшее восстание вскоре после этого видения началось по всей только что завоеванной Месопотамии и Ассирии. Параллельно восстали иудейские общины в Александрии и в Киренаике (Египет), на Кипре, отрезав римские армии в Месопотамии от снабжения. Римлянам пришлось воевать на два фронта. Они расправлялись с восставшими жестоко, но земли эти утекли, как песок сквозь пальцы.

Но кто же восстал против римлян в самой Месопотамии? А те же иудеи, что и в империи. Почти те же - просто вавилонские и более богатые благодаря посреднической торговле шелком и специями.

Они продолжали жить тут, несмотря на конец «Вавилонского пленения» в VI в. до н.э. Иные продолжили мигрировать из империи туда как до, так и, особенно, после неудачной для восставших евреев Иудейской войны I в. н.э. против римлян. Их охотно принимали цари Парфии, врага Рима.

Парфянское царство и сменившая его персидская Сасанидская держава вынуждены были считаться с еврейской автономией в Месопотамии, настолько она была сильна. Иосиф Флавий прямо говорит, что у вавилонских евреев были свои войска и крепости. Парфяне и персы использовали их в войнах с римлянами.

У иудеев в Месопотамии был собственный «царь изгнания» - экзиларх. Он был верховным судьей для всех месопотамских (парфянских) евреев. В важнейшие тяжбы разбирал сам, для разбора обычных дел назначал для каждого района и города особых судей, он назначал ангармосов.

Экзиларх имел право «палки и кнута», мог наказывать подчиненных ему самым суровым образом. При парфянских Аршакидах он выносил смертные приговоры. При овладевших Ираном и нынешним Ираком в III в. персидских Сасанидах лишен этого прав.

Функции экзиларха были обширны: кроме надзора за порядком в деревнях и городах, населенных евреями, ещё и надзор за ходом торговли на рынках, регулирование цен.

Он представлял еврейское общество и его интересы перед парфянским или персидским царём и высшими государственными сановниками. Он собирал от еврейского населения подати для государства. Экзиларх жил с чрезвычайной пышностью, был окружён многочисленной свитой, имел прямой доступ к царю Парфии или Персии. Экзилархи и члены их рода владели большими поместьями и большим числом рабов.

В 275 г.н.э. некий Генива решил свергнуть институт экзилархов, но был казнён сасанидскими властями.

Назначение экзиларха сопровождалось торжественной церемонией и народным празднеством, кульминацией которого была субботняя литургия. В честь новоназначенного экзиларха исполняли гимны, благословения и пиюты. Новый эксиларх сам произносил проповедь или поручал это главе иешивы. Хаззан склонял перед ним свиток Торы, в то время как собравшиеся опускались на колени. Эксиларху дарили подарки. Празднество длилось неделю.

Евреи видели в институте экзилархата осуществление библейского стиха: «Не отойдет скипетр от Иехуды и законодатель от чресел его». Экзиларх жаловал почётные титулы лицам, которые оказывали ему финансовую поддержку; среди таких титулов были: «друг несиута [то есть эксилархата]», «угодный несиуту», «опора несиута» и т. п.

При Сасанидах экзиларх стал превращаться просто в придворного еврея, ответственного за общину. Угасает еврейская община Месопотамии в арабские времена, после падения халифата - в конце XII в. Исчезают тогда же и упоминания экзиларха.

#Месопотамия #иудеи #Парфия #Персия #Сасаниды

Объявляю мораторий на посты, касающиеся Публия Элия Адриана, которые, очевидно, пугают подписчиков (четверо отписались после двух постов с этим греколюбцем).

Странное место: "лес статуй" императора Адриана в Афинах - благодарность или раболепие?

В Восточной Европе после "декоммунизации" статуи Ленина, Маркса, Энгельса убрали из центров городов и свезли в тематические архитектурные парки/арт-простнанства, посвященные прошлому в соцлагере или его переосмыслению.

А вот в Афинах под властью Римской империи обилие статуй владыке римского государства было проявлением благодарности на грани с раболепием. Подобный "лес статуй, изображающих Адриана, находился во II в.н.э. и, вероятно, существовал в полном виде до разгрома города герулами в 267 г.н.э. напротив достроенного императором спустя 650 лет простоя храма Зевса Олимпийского.

Вот что пишет про это место очевидец - Павсаний в "Описании Эллады" в середине II в.н.э.

Перед вхо­дом в храм Зев­са Олим­пий­ско­го — а этот храм постро­ил рим­ский импе­ра­тор Адри­ан, он же воз­двиг богу ста­тую, достой­ную осмот­ра, кото­рая по вели­чине, если не гово­рить о колос­сах у родо­с­цев и рим­лян, остав­ля­ет за собой мно­гие дру­гие ста­туи(, но сде­ла­на она из сло­но­вой кости и золота и про­пор­цио­наль­но вели­чине сде­ла­на она с боль­шим искус­ст­вом, — так вот, здесь при вхо­де в храм сто­ят ста­туи Адри­а­на — две из фасос­ско­го мра­мо­ра, две из еги­пет­ско­го, а перед колон­на­ми сто­ят мед­ные.

Этот уча­сток, боль­ше чем в четы­ре ста­дии, весь напол­нен ста­ту­я­ми; от каж­до­го горо­да, (кото­рые афи­няне назы­ва­ют сво­и­ми высел­ка­ми), сто­ит здесь ста­туя импе­ра­то­ра Адри­а­на, но афи­няне пре­взо­шли их всех, поста­вив поза­ди хра­ма свою колос­саль­ную ста­тую, заслу­жи­ваю­щую вни­ма­ния.

(Pavs, I, 18, 6-7)

А что вы думаете: это раболепие потерявших гордость эллинов или законная благодарность императору-филэллину, достроившему афинянам и Греции великий храм?

#приличия #афины #Адриан

Эпический долгострой античности - стройка длиной в 650 лет

Многие знают до сих пор недостроенный собор Саграда Фамилия архитектора Гауди в испанской Барселоне . Но более эпический долгострой был закончен римским императором Публием Элием Адрианом - это храм Зевса Олимпийского в Афинах.

Строить его начали еще в начале классической эпохи, при афинском тиране Писистрате в 515 г.до н.э. А закончили лишь спустя 600 лет, в 132 г. н.э. уже римлянами. "Достроить", а по факту, построить огромный храм на изначально намеченной за полтысячи лет до этого площадке удалось за три года - ее начали по указанию Адриана в 129 г. н.э.

За это время, пока храм не могли достроить, прошел взлет и падение Афин, Греко-персидская и Пелопонесская война, взлет и падение Карфагена, Примерно одновременно с началом работ над храмом, уничтожив Мидию, появилась, а через 200 лет пала под ударами Александра Македонского Персидская империя Ахеменидов. И в начале же стройки была учреждена Римская республика, которая продлилась дольше царства персов, но все равно успела затухнуть за 200 лет до завершения строительства храма Зевса в Афинах.

Подаренный Адрианом в конце концов афинянам храм Зевса стоял на трехступенчатой террасе размерами 107,7 метра на 41,1 метра. Его вытянутое прямоугольное здание когда-то окружали два ряда поставленных близко друг к другу колонн, всего их было 104 (сейчас уцелело 15).

Адриан, кроме самого храма, по свидетельству Павсания,

воз­двиг богу (Зевсу) ста­тую, достой­ную осмот­ра, кото­рая по вели­чине, если не гово­рить о колос­сах у родо­с­цев и рим­лян, остав­ля­ет за собой мно­гие дру­гие ста­туи(2), но сде­ла­на она из сло­но­вой кости и золота и про­пор­цио­наль­но вели­чине сде­ла­на она с боль­шим искус­ст­вом

(Pavs, I; 18).

Это была копия статуи Фидия, которую римляне увезли, когда захватили Элладу и совсем еще не уважали греков, к себе в Рим - Адриан как бы "вернул долг".

Но храм действовал лишь 135 лет. В 267 г. германцы-герулы, прорвавшиеся на своих ладьях в Эгейское море, вместе с союзными им германцами-готами огнем и мечом прошли римские Балканы, не пощадив и Элладу. Жертвой их набега стали и Афины, включая и храм Зевса Олимпийского. Он был разграблен и сожжен. На другом берегу Эгейского моря такая же судьба постигла одно из Семи чудес света - храм Артемиды Эфесской.

На первой картинке - оставшиеся два ряда колонн с коринфскими капителями на фоне голубого аттического неба в наши дни. На второй - реконструкция.

#архитектура #Адриан #Писистрат #Афины

Настоящие эллины не меняют привычки

Спустя 760 лет после "похода десяти тысяч" ( Анабасиса) греческих наемников Ксенофонта во главе уже римского войска в той же Месопотамии, в окрестностях Вавилона в 363 г.н.э. действовал ещё один ревнитель эллинской старины и благочестия, император Юлиан Отступник. И он продемонстрировал поразительную преемственность привычек.

----------------------------------

Разделив добычу по заслугам и трудам каждого, Юлиан, довольствовавшийся вообще малым, взял себе немого мальчика, умевшего выразить все, что понимал, изящными жестами, и три золотые монеты, как приятную и радостную, по его представлениям, награду за одержанную победу.

А из взятых в плен девушек, весьма красивых, так как вообще в Персии женщины отличаются красотой, он не пожелал тронуть ни одной, или даже увидеть их. В этом он следовал примеру Александра и Африкана, которые избегали прельщений этого рода; являя себя непобедимыми в трудах, они боялись, чтобы страсти не сокрушили их силы

(Amm, XIV)

Драматическая (во всех смыслах) легенда о захвате в 255 г. н.э. персами Антиохии, столицы Римского Востока

Город-миллионник, столица Римского Востока и провинции Сирии Антиохия пала под натиском персов после того, как в Месопотамии, в битве при Эдессе в 253 г., была разбита римская армия императора Валериана, а сам он стал первым принцепсом. попавшим в плен к врагам. Ради унижения персидский царь Шапур I стал использовать римского владыку как стоящую на четвереньках "подставку", а пленные римские солдаты построили до сих пор сохранившийся в Иране мост. Персы же в итоге рассыпались набегами по всей, уже беззащитной с гибелью имперской армии , Сирии.

Что было дальше - рассказывает уже через 100 лет, в середине IV в.н.э. римский историк, "солдат и грек", уроженец Антиохии ветеран двух персидских войн своего столетия Аммиан Марцеллин, передавая, видимо, городскую легенду малой родины:


Так, когда однажды в Антиохии, во время глубокого мира один мимический актер со своей женой во время театрального представления изображал выхваченные из жизни сценки и публика залюбовалась изяществом исполнения, жена его вдруг сказала: "Если это не сон, то вот персы". Публика повернула головы и, стараясь спастись от тучи пущенных в нее стрел, рассеялась, кто куда мог.

Город был подожжен, убито много мирно разгуливавших людей, в окрестностях произведены были страшные грабежи и поджоги, и враги с огромной добычей беспрепятственно ушли домой. Мариад, который безумно привел их на гибель своих сограждан, был сожжен живым. Это случилось во времена Галлиена.

(Amm, XXIII; 5, 1.)

Мариад, куриал (член совета) из Антиохии, был за растрату исключен из курии и перебежал к персам, указав, как взять родной город персидскому царю Шапуру I.

В "Истории жизнеописаний Августов" в главе под авторством Требеллия Поллиона конца III в.н.э. этот предатель фигурирует под именем Кириад (Мареад) как узурпатор, первый из "тридцати тиранов", провозгласивший себя Цезарем и сдавший Антиохию персам, но по возвращении римлян убитый приближенными.

Немного об анестезии в римской медицине

Ранее мы говорили о ядах и противоядиях античности (аконит, Митридат- териак и др.).

При этом некоторые растительные отвары были в умеренной дозировке наркотической анестезией при тяжёлом ранении или хирургической операции. Например, настойка из ее покрынного альтарунного корня atropa mandragora. Ее упоминает Алулей в главе 10 "Метаморфоз или Золотого осла" как сильное снотворное:

"Когда этот подлец старался купить у меня смертельного яда, я считал, что несовместимо с правилами моей профессии причинять кому бы то ни было гибель, так как твердо знаю, что медицина призвана спасать людей, а не губить их; но, боясь, в случае если я не соглашусь исполнить его просьбу, как бы несвоевременным этим отказом я не открыл путь преступлению, как бы кто другой не продал ему смертоносного напитка или сам он не прибег бы в конце концов к мечу или к любому другому орудию для довершения задуманного злодеяния, дать-то я дал ему снадобье, но снотворное, мандрагору, знаменитую своими наркотическими свойствами и вызывающую глубокий сон"

(Apul., Met, X, 11).

А Плиний Старший в I в.н.э. прямо указывает в своей "Естественной истории" мандрагору как болеутоляющее , снотворное, а также ингредиент для ингаляций ( Plin, NH, XXV, 94). Его современник, лейб-медик императора Нерона Педаний Диоскорид до того, как достиг пика своей карьеры, практиковал в римской армии и давал настойку мандрагоры раненым легионерам перед хирургической операцией ( Dioscorides, Mat.Med. IV, 76).

Кроме мандрагоры Плиний и Диоскорид знали ещё некий "мемфисский камень" , который, будучи измельчённым в порошок, смешивался с уксусом и прикладывался в виде пасты к ране.

Помимо этого знали античные медики и опиум. Цельс рекомендовал принимать настойку дикого мака при головных болях, язвах, болях в кишечнике.

Римский император-философ Марк Аврелий ( 161-180 но.н.э.) страдал такими болями, а также кровохарканьем, головокружением, и, точь-в-точь как впервые использовавший его при рези в животе герой рассказа Михаила Булгакова "Морфий", пристрастился к нему.

Марк принимал, по свидетельству Диона Кассия, знаменитый антидот териак каждый день в чистом виде или смешивая с вином или водой не из-за боязни отравлений, а чтобы подавить боли, так как в териаке был и мак. Возможно, боли и такая анестезия и привели к стоицизму как идеологическому обоснованию преодоления тягот и немощей тела ради долга ( в его случае руководства армией и империей).

Использовали как болеутоляющее и знаменитую белену, опасную передозировкой, а в небольших концентрациях усыпляющую. В римском военном госпитале в легионерам лагере в современном Нойсе на Рейне археологами были найдены семена белены.

Наконец, использовали как анестезию стебли диктамнуса (душица обыкновенная). Она упоминается в сцене врачевания Энея Япигом в "Энеиде" Вергилия, жившего на рубеже эр. ( Aen., XII, 411-424) как "стебель с пурпурным цветком, от спелых листьев кудрявый", который как анестезию уже знают "быстроногий горные козы/Ищут ее со стрелой пернатою в теле".

Япиг погружает стебель в чашу , омывает рану настоем, и "боль немедля ушла и покинула тело Энея".


#медицина #яды

На эту тему есть красивейший мультфильм Анатолия Петрова 1995 г.

Два лица Полифема: людоед и нежный великан

Все мы знаем Полифема. Того самого - свирепого, кровожадного циклопа, который закусывал спутниками Одиссея, а потом был коварно ослеплен. Но античность - дама хитрая. Если отвлечься от гомеровского эпоса, перед нами предстанет совсем другой персонаж: юный, косматый, влюбленный, а главное - поэтичный великан.

Всё началось с Феокрита (III в. до Р.Х.). В его XI идиллии «Циклоп» мы впервые слышим историю о неразделенной любви Полифема к морской нимфе Галатее.

γινώσκω, χαρίεσσα κόρα, τίνος οὕνεκα φεύγεις·
οὕνεκά μοι λασία μὲν ὀφρὺς ἐπὶ παντὶ μετώπῳ
ἐξ ὠτὸς τέταται ποτὶ θώτερον ὦς μία μακρά,
εἷς δ' ὀφθαλμὸς ὕπεστι, πλατεῖα δὲ ῥὶς ἐπὶ χείλει.
- - -
Знаю, красотка моя, почему ты меня избегаешь!
Все лишь за то, что лицо мне мохнатая бровь пересекла,
Прямо от уха до уха одна протянулась, большая.
Тоже и глаз лишь один, да и нос плосковат над губами.
(Идиллия XI Киклоп, 30-33)


Феокрит создает гениальный парадокс: грубый великан пытается уврачевать любовь… искусством. Он поет! Сравнивает Галатею с «белейшим творогом» и «нежным ягненком», предлагает себя «обжечь» ради любви и сам же себя одергивает: «Эх ты, киклоп, ну куда залетел ты мечтами?»

Позже Овидий в «Метаморфозах» добавит драматизма.

iamque tibi formae, iamque est tibi cura placendi,
iam rigidos pectis rastris, Polypheme, capillos;
iam libet hirsutam tibi falce recidere barbam
et spectare feros in aqua et componere vultus.
caedis amor feritasque sitisque inmensa cruoris
cessant et tutae veniunt abeuntque carinae.
- - -
Даже заботиться стал о наружности, нравиться хочет.
Гребнем ты, Полифем, торчащие волосы чешешь.
Вот захотел он серпом бороды пообрезать щетину,
Чтобы на зверский свой лик любоваться, его приобразив.
Дикость, страсть убивать и крови безмерная жажда —
Их уже нет. Приплывают суда, отплывают спокойно.
(Метаморфозы, XIII.764-769)

Полифем следит за собой, бреет бороду, чтобы понравиться, и даже дарит Галатее медвежат: «Двух я недавно сыскал, - играть они могут с тобою...»

Именно этот сюжет, полный комизма и нежности, перекочевал в живопись.

Вилла Фарнезина в Риме. Здесь сошлись два титана: Рафаэль написал «Триумф Галатеи» (1), а Себастьяно дель Пьомбо изобразил Полифема, который на неё смотрит с тоской (2).

Аннибале Карраччи в Палаццо Фарнезе завершает XVI век монументальным Полифемом, который дудит в гигантскую свирель (3).

И наконец, рубеж XIX–XX веков. Символизм. Одилон Редон в 1914 году создает очаровательную вещь (4), где юный циклоп меланхолично любуется спящей Галатеей (вслед за литографией 1883 г. (5)). Редон первым всерьез учитывает текст Феокрита и показывает тот самый «первый пух на щеках» и подлинную юность великана.

Свирепый людоед и поэт, врачующий свою душу искусством. Сердце, умеющее не только ненавидеть, но и любить - пусть и безнадежно.

#античность #мифология #полифем #галатея #феокрит #овидий #искусство