Режим Рахмона повышает ренту безопасности границы.
Борьба с афганским наркотрафиком годами обеспечивала политические выгоды правящей в Таджикистане семье Эмомали Рахмона, а также внешнее финансирование на безопасность границы. Теперь наркотрафик сокращается, но парадокс: финансово-политическая ценность таджикско-афганской границы для Душанбе только растёт. Об этом пишет
"Политнавигатор".
Таджикская оппозиция давно говорит, что семья Рахмона контролирует наркотрафик, называя это "семейной наркоимперией". Автор не находит доказательств личного участия Рахмона в наркобизнесе, но подчёркивает: для политических выводов это не обязательно.
Главное — сама система. Государство контролирует границу, силовые ведомства, прокуратуру и следствие. Антинаркотическая политика годами укрепляла эту вертикаль. Доходы от трафика и борьба с ним работали в интересах власти РТ.
Теперь, когда героиновый маршрут уходит, система не исчезает, а переформатируется. Вместо наркоугрозы — угроза с границы: контрабанда, вооружённые группы, нестабильность Бадахшана, риски для китайских объектов.
По данным UNODC, производство опия в Афганистане рухнуло с 6200 тонн в 2022 году до примерно 300 тонн в 2025-м. Запасов при прежнем уровне потребления хватит до конца 2026-го.
В РТ за I полугодие 2026-го общий объём изъятых наркотиков снизился на 5% — до 2963 кг. Но на афганском участке границы изъяли 1513 кг, ещё 601 кг — у граждан Афганистана. В 7 вооружённых столкновениях на границе убиты 17 афганцев. Для сравнения: за весь 2025 год изъяли 2742 кг наркотиков, а погибли 10 афганцев и 2 таджикских пограничника. Страна изымает меньше, но приграничье генерирует больше насилия и новостей.
Душанбе не изобретает угрозу на Пяндже и получает политическую и финансовую выгоду из права описывать, измерять и сдерживать её, заметил автор.
13 августа 2026-го в Дарвазе от пули с афганского берега
погибла Жасмина Ширинджон. Пуля прилетела из уезда Нусай, где силы "Талибана"* с 11 августа вели бой с отрядом полевого командира Джумы Фатеха. Внутриафганский конфликт быстро запустил машину пограничной политики РТ: нота протеста, заявления ОДКБ об "очевидных рисках", ограничения посольства США на поездки в ГБАО. Так событие с нулевым наркотическим содержанием увеличило политическую стоимость границы. Её финансирование сохраняется и растёт.
У границы РТ 4 внешних финансовых контура. Китай строит 9 объектов на границе за $57,4 млн и передал оборудование на $7,6 млн. Россия выделила более 413 млн рублей на 2026–2028 годы. ЕС запустил 11-ю фазу BOMCA на €12 млн. ОДКБ реализует программу укрепления границы. Осенью 2025 года при
атаках с афганской стороны убили трёх граждан КНР, затем ещё двух работников "China Road and Bridge Corporation" — после таких эпизодов необходимость вкладываться в укрепление границы легко объяснить.
Раньше модель работала на двух уровнях: сам наркотрафик давал силовикам рынок доступа, а борьба с ним — инструмент дисциплины, зачистки конкурентов и внешней помощи.
При этом участие силовиков и элитных семей в наркоторговле подтверждалось уголовными делами: командир президентской гвардии Гаффор Мирзоев получил пожизненный срок; в 2008-м в Подмосковье задержали сына главы Таджикской железной дороги Рустама Хукумова с 9,3 кг героина; в 2012-м арестованы начальники трёх антинаркотических отделов МВД. Исследователи описывают модель "государственной крыши": доступ к маршрутам зависит от отношений с силовиками, антинаркотические кампании используют для устранения конкурентов.
Сейчас первый элемент модели (наркотрафик) слабеет. Второй (борьба с угрозой) расширяется. Чем меньше значение старого маршрута, тем важнее для Душанбе значение самой линии Пянджа.
Ближайший год, по мнению обозревателя, позволит проверить эту модель. Возможная причастность семьи Рахмона к наркоторговле остаётся в серой зоне, расследования не доходят до верхушки. Но вторая часть модели — рента безопасности — находит новые подтверждения.
* находится под санкциями ООН за террористическую деятельность, в РТ признан террористическим, в РФ временно снят запрет с "Талибана".