Сахалин достиг углеродной нейтральности: что под капотом (Часть 1)

Сахалинская область первым из регионов России объявила о выходе на углеродно-нейтральный статус. Баланс между эмиссией и поглощением CO₂ достигнут в ходе климатического эксперимента, причём досрочно.

Это важный шаг к кристаллизации углеродного регулирования уже во всей России. Сахалин стал лабораторией, в которой обкатывались учёт и верификация выбросов, определение регулируемых организаций и квотирование, выпуск и обращение единиц выполнения квоты.

Почему же путь Сахалина к net zero нельзя назвать безоблачным — хотя, безусловно, и знаменательным — в разборе @esgworld.

Почему именно Сахалин? Сахалинская область — регион, густо покрытый лесом (68% территории занимают леса), что с учётом доминирующей роли ТЭК в структуре ВРП создаёт модель "России в миниатюре".

Сахалин и прилегающие острова образуют относительно замкнутую территорию, что позволяет точнее оценивать выбросы и абсорбацию CO₂, плюс там нефтегаз соседствует с мощными природными поглотителями.

Очевидно, сыграла роль и политическая готовность руководства Сахалина к эксперименту. Архитектором же программы стала победительница "Лидеров России" Милена Милич @milichXperiments, перешедшая на госслужбу из Сбербанка.

На сколько удалось снизить эмиссию?

Как @esgworld писал ещё на заре эксперимента, антропогенные нетто-выбросы Сахалина за 2021 год оценивались в 1,9 млн тонн CO₂-экв. — их и предстояло сократить в рамках декарбонизации или компенсировать с помощью экосистем.

Дальше всё было динамично. Данные об эмиссии неоднократно уточнялись, как говорится в Региональном кадастре-2024, с учётом "расчётных ошибок и параметров, наиболее точно отражающих региональную специфику".

В результате уточнённая оценка нетто-эмиссии за тот же 2021 год составила уже 374 тыс тонн CO₂-экв., то есть была снижена в пять раз. Другими словами, существенная часть итогового результата обеспечена не мерами по декарбонизации, а уточнением базовых расчётов.

Более того, согласно Кадастру-2024, ещё 1,5 года назад Сахалин стал углеродно-нейтральным регионом, даже углеродно-отрицательным: по итогам 2023 года поглощение CO₂ превысило эмиссию на 266,1 тыс тонн.

В 2024 году углеродно-отрицательный статус удалось сохранить, но разница составляет уже 82 тыс тонн. Эти колебания показывают, что net zero остаётся хрупким статусом.

Как выглядела структура выбросов?

На старте эксперимента, как и сейчас, основная часть выбросов — порядка 95% — связана со сжиганием ископаемого топлива: при производстве тепло- и электроэнергии, в транспорте, добыче полезных ископаемых и других энергетических процессах.

Остальные источники выбросов с энергетикой и близко не сравнятся: "Промышленные процессы", "Сельское хозяйство", "Отходы" и "Прочее" все вместе дают ~5%.

Перерасчёт в этой части коснулся только энергетики: её эмиссия была скорректирована вниз на 322 тыс тонн на 2021 год, то есть ~2-3%. Не очень много.

Более заметное влияние на общий углеродный баланс оказала переоценка данных по экосистемному поглощению, то есть по ЗИЗЛХ (землепользование, изменения в землепользовании и лесное хозяйство).

На старте эксперимента, в базовом 2021 году, объём поглощения экосистемами оценивался в 11,7 млн тонн CO₂-экв. После перерасчёта показатель на тот же 2021 год составляет уже 12,4 млн тонн — разница 5%.

Вроде бы и тут и там немного, но в совокупности это даёт существенную разницу: изначально нетто-эмиссия Сахалина на 2021 год оценивалась в 1,9 млн тонн, затем в ~1,3 млн тонн, по итогу — в 374 тыс тонн

Такая динамика подчёркивает, что большая часть прогресса обеспечена методологическим уточнением, а не физическим сокращением выбросов или структурной трансформацией экономики.

Всё это не отменяет значимости эксперимента, но добавляет нюансов к его интерпретации

ESG World