Городской отель и спасение семейной жизни

Жизнь с двумя маленькими детьми оказалась сложнее, чем мы думали.
Самым оптимальным решением для нас стал городской отель 2-3 раза в месяц. Оставляем детей няне и уезжаем сменить обстановку, чтобы побыть вдвоем, посмотреть кино, выспаться, не спеша позавтракать и ОБЩАТЬСЯ.
Большинство проблем в семейной жизни от недосказанности и недоговоренности.
В будни мы с Денисом иногда не успеваем даже нормально поговорить. Вечером дети тянут на себя все внимание и это понятно.
Таким образом, мы пришли к тому, что отношения это труд. И семейное счастье требует инвестиций.

Пысы: Затраты на отель - 6к + 2к завтрак
Сутки работы - няни 5к. Итого 13к.
Если есть бабушка, то еще дешевле��
Цена развода - считайте сами…

История Майи. Часть 8.

После операций на сердце у Майи присутствовала отдышка. Она тяжело дышала и это было очень заметно. Врачи планировали наблюдать за ней.
Мы провели месяц дома, когда в одно утро, переодевая ее, я обнаружила, что отдышка стала слишком сильной.
Врачи сказали, что снова необходима госпитализация.
Так Майе выполнили еще одну операцию на сердце.

Отдышка была одной из причин, почему она не ела сама. Если тебе тяжело дышать, как уж тут высасывать содержимое бутылки и глотать его…
Мы вернулись домой. Дыхание стало спокойным.
Но она все также не ела.
Пока были в больнице нас консультировали разные специалисты: диетолог, гастроэнтеролог, невролог, педиатр, хирург. Выполнили гастроскопию, узи головного мозга, невролог осмотрела Майю , диетолог на протяжении нескольких недель пыталась разными способами наладить процесс кормления, меняла смеси, методики кормления. Результат один и тот же - она просто не берет бутылочку, не присасывается к ней, не ест. Пробуем заливать еду в ротик из шприца , но это также не дает результатов. Она ее не глотает. 5-10 мл может проглотить и все…
Никаких отклонений препятствующих процессу питания найдено не было. Врачи одной из крупнейших детских больниц в Москве разводили руками. Не могли дать мне никаких четких рекомендаций.

Затем я еще пять месяцев дома мучала ребёнка установкой зонда. Начались осложнения от зондового питания. Майю постоянно рвало фонтаном.

Я могла ее накормить нормально только во сне. Как вы понимаете, чем старше ребёнок , тем меньше он спит. Накормить становилось все сложнее.
Отчаяние. Я чувствовала отчаяние. Отчаяние от невозможности накормить собственного ребёнка.
Боялась, что мы придем к гастростоме. Это нам еще не хватало.

За следующие полгода мы
◦ Выполнили курсы общего массажа и лфк
◦ Курсы логопедического массажа у разных специалистов (возлагали на него большие надежды)
◦ Консультировались у неврологов, диетологов. прикорм по возможности вводили через зонд, разбавляя смесью.
◦ Обращались к специалистам по питанию в реабилитационные центры (также 0 результатов)
◦ Выполнили исследования лор органов для выявления возможных патологий
◦ Водили Майю к остеопату (также возлагали надежды на это)
◦ Ели перед Майей, сажали ее в середине стола во время трапезы всей семьей
◦ Выкладывали и предлагали все виды продуктов, разные текстуры , запахи (она просто не брала еду в руки).Между игрушками и едой она выбирала игрушки
◦ Дошли до зума с реабилитологом из сша, которая также не смогла помочь ничем конкретным
◦ Пытались дать ей проголодаться. В надежде, что на фоне голода она заинтересуется едой. Но она могла просто целый день ничего не есть и не пить.

Таким образом, Майя могла проглотить густую еду, могла глотать воду, но по каким-то причинам этого не делала.

Я слышала от разных «специалистов», что у нее клетки головного мозга пострадали. Поэтому она не ест. А может и не будет.

Пока наконец-то благодаря длинной цепочке поисков мы не нашли нашего доктора. Нашу Викторию Александровну ❤️

Часть 7. Продолжение.

Наш кардиолог сказал убрать зонд и пробовать кормить ребёнка только из бутылки. Она также не съедала норму. Плакала, плохо спала. Ела катастрофически мало. За несколько недель я была измотана прерывистым сном.
К нам пришел заведующий отделением неонатологии и сказал, что забирает нас к себе. Так мы уехали из кардиологии.
Далее мы еще месяц были в отделении неонатологии, где врачи пытались ее раскормить. Зонд вернули назад, потому что ребёнок должен получать питание в достаточном обьеме и восстанавливаться после операций. Бутылочку Майя вообще почти перестала брать. Ее рекорд был 30 мл выпитой смеси за один раз. При норме 80 -90 мл объема молочной смеси на ее вес.
В итоге спустя месяц медсестры показали мне, как ставить зонд и отправили нас домой.
Дальше делайте, что хотите. Ну будете гулять, купаться, может она и начнёт есть.
Дело - труба…
Но я не боялась. Зонд получилось поставить с первого раза. Я нашла и купила на авито инфузомат, чтобы не вводить питание вручную. Посмотрела какие зонды используют для кормления сестры, как разводят и вводят в зонд лекарства.
Я продумывала, как мы будем жить дома и все для этого готовила.
Я поняла, что справлюсь и ловить тут больше нечего. Разве что только больничные инфекции.

Итого Майя провела 1,5 месяца в реанимации. И еще почти столько же в стационаре. Родившись 22 августа , 9 ноября она приехала домой. Первый вечер дома мы не могли налюбоваться друг другом. Диана обнимала Майю. Все были счастливы.
Началась наша жизнь дома❤️

Часть 7

Спустя две недели Майе смогли выполнить вторую необходимую операцию на открытом сердце. После операции ее состояние начало стабилизироваться. Я вернулась в больницу и стала ходить к ней в реанимацию. Со временем ее смогли снять с ивл. За этот период я успела познакомиться с другими мамами. У меня появилось общение, которое затем переросло в дружбу.

И вот настал долгожданный момент, врачи сообщили, что переводят ребёнка в послереанимацинную палату, где мы будем находиться вместе.
Счастье!

Майю принесли. Она была зажатым, истерзанным комочком серого цвета. Выглядела она очень плохо. В нее вливали большое количество препаратов. На ней было много проводов. Сложно было брать ее на руки со всеми этими проводами.
Но я не боялась. Мне наоборот стало легче. Теперь мы были вместе. Я знакомилась с ней. Училась ухаживать за ее стомой.
Майю кормили через зонд. Я потихоньку пыталась кормить ее из бутылки. Она могла съесть 15-20 мл смеси и переставала сосать.

Я осмелюсь дальше продолжить свой рассказ.
Зачем я это делаю?
Во-первых, это психотерапевтично. Долгое время мои переживания были спрятаны куда подальше.
Во-вторых, я надеюсь, что моя история и мой опыт решения проблем будут полезны другим родителям, столкнувшимся с подобной ситуацией. Даже если это будет одна единственная мама, одного ребёнка с похожими проблемами.

22.03.2024. Комментарии излишни.

Мои родные и близкие живут в Белгороде и Белгородской области, которая сейчас ежедневно подвергается обстрелам. Там ежедневно гибнут люди.
Оставляю ссылку на сайт фонда для помощи белгородцам https://zhiznplus.ru/?ysclid=lu5au7k6y4789816539.

https://www.instagram.com/broo31?igsh=Y2Y4aGQ1a3liMDU5 - ссылка в инстаграм.

100,300,500 рублей - поможет любая посильная сумма.

Давайте делать добро. ��

Часть 6

Я приезжаю домой из роддома, собираю необходимые вещи и на следующий день еду к Майе в Морозовскую больницу. Ей уже выполнили первый этап коррекции порока, эндоваскулярную операцию на сердце. Все прошло успешно.
И вот я в больнице. Жду у дверей реанимации, когда разрешат войти. Всех мамочек уже пустили к детям. Осталась я одна, попросили еще подождать. Крайний раз я видела Майю еще в роддоме. Выходит хирург и говорит: « О, вы тут! Вам разве не сказали ? Ребёнка увезти на срочную операцию. У нее возник энтероколит. Требуется срочная помощь. Подождите в палате».
Врачи сообщают все это так, как будто ничего критичного не происходит, с полным хладнокровием. Ежедневная рутина. Они не могут по-другому. Сейчас я это понимаю. Но тогда это было дико и больно.
Я испытываю ужас, отправляюсь ждать в палату.

Через 4 часа после операции со мной беседует весь взмокший реаниматолог и говорит о том, что у ребёнка была перфорация кишечника, начался некроз. Пришлось удалить пораженный участок кишечника, вывели стому. (Когда он рассказывал мне об этом я даже не поняла, что такое стома? Я не знала, что это такое). Майю погрузили в медикаментозный сон.
Я пришла к ней, и конечно не могла сдержать слез…Живот у нее был заклеен пластырем. Я пыталась задавать реаниматологу (тому самому , который был на ее операции) вопросы : «Что дальше? Что с ней будет? Какие прогнозы?». Врач явно был уставший и раздраженный. «Что вы хотите , у вас тяжелый порок. Мы ничего не можем сказать».

Я не была готова к такому повороту событий. За что со мной? Почему все так? Она как будто ускользает у меня из рук. Было чувство, что я теряю ребёнка.
Позвонила Денису и попросила, чтобы он завтра забрал меня домой. Мне было так тяжело, что я поняла - я не смогу тут оставаться. Майя должна была спать под седацией. Возможно неделю, а возможно и дольше. В реанимацию пускали только на три часа в день. Остальное время ты просто находишься в больнице без возможности ездить домой. Коронавирусные меры…
Я решила , что поеду домой, буду звонить в реанимацию и узнавать информацию, сохранять грудное молоко.
Потом я винила себя за то, что уехала тогда. Но вероятно я не могла поступить по-другому.
#впс

Делай, что должен, и будь что будет

Важно не забывать, что подавляющее большинство событий в нашей жизни не навсегда.
Когда наша Майя была на шаг от смерти, когда я спала прерывистым сном по три часа , выхаживая и выкармливая ее на протяжении более полугода. Эта мысль помогала мне держаться и не падать духом. Я говорила себе, что это не навсегда. Все изменится. Так или иначе ситуация стабилизируется.
Сейчас нужно прожить и пережить это. И конечно же действовать. Через слезы , через отчаяние. Но задавать себе вопрос, что я могу сделать сегодня ? Как действовать по-другому ? Как повлиять на ситуацию ? Или принять ситуацию, если прямо сейчас нельзя ничего изменить.
Я знаю , не всегда так происходит. Но так или иначе тяжелая ситуация обычно разрешается.

И этот морской бриз и жаркое солнце сегодня не навсегда.
Сегодня отдых и я набираюсь сил, чтобы дальше жить и делать все от меня возможное.

Тревога зашкаливает, я как будто разучилась отдыхать. Чувствую себе виноватой от того, что отправляюсь в отпуск.
Определенно нужна помощь психотерапевта 🫠🫠🫠

Часть 5

Несколько часов в родзале, потом час в палате и я уже прибежала в реанимацию своими ножками. Потом пошла сцеживаться. В палату вернулась около 22 часов. Сцеживала молозиво, потом снова к Майе и так весь день.
На следующий день Морозовская сообщает, что освободилось место в кардио реанимации.
Майю перевозят в другую больницу для оказания дальнейшей помощи.
Мне дают ее подержать, фотографируют. Майя спит, не открывает глаз. Ее уносят и все.
Так пусто становится в этой больнице. Ходить мне больше не к кому…
Денис встречает и одна без ребенка я выписываюсь из роддома.

Часть 4

При подобных пороках женщину госпитализируют заранее. Роды стимулируют, чтобы они не стали сюрпризом для врача и реанимации ночью или в выходной день. О естественном течении процесса речи не идет.
Я еще неделю жду в больнице, пока меня не решаются простимулировать.
Ирина Викторовна поддерживает, всячески подбадривает. Как мне с ней повезло ❤️ Когда я рожала Диану я до конца не поняла, какой замечательный доктор мне достался. Сейчас в критической ситуации она проявила все свои лучшие человеческие качества.

За 2 часа 30 минут я рожаю Майю. Все проходит легко. Денис отвлекает разговорами, все время находится рядом со мной.

Майя родилась в 12:37 22.08.2022
весом 3050 ростом 48 см. Закричала, была розовая. Первое, что я увидела, когда она родилась это ее щёчки )))) пухленькие щёчки.
Майю вытерли, запеленали и дали Денису в руки. Мы успеваем сделать фото. Майя уже белого цвета, ее уносят в реанимацию.

Часть 3

Последние недели моей беременности я планировала провести гуляя по Москве, наслаждаясь солнышком и летом. Встретиться с подругой Женей.

Узнав о диагнозе, я позвонила Жене. Мы встретились, гуляли по Москве. Конечно, на душе был ужас. Пытаюсь улыбаться и жить.
Вечером мы сели в китайском кафе и тут я чувствую, что мне становится совсем плохо.
Женя отравляет меня к себе домой. Ночью температура, а утром совсем расклеилась. Тест показал ковид.

Следующие недели жду, когда приедут Денис с Дианой , болею.
Общаюсь с родителями и врачами. Известный детский кардиохирург из Питера общается со мной по телефону, рекомендует оперировать ребенка в Морозовской больнице. Уже немного легче.

Когда Денис с Дианой приезжают, я не могу сдержать слез при виде Дианы. Мы никогда не расставались с ней так надолго. Прошло около 2-3 недель.