В революционной масс-культуре описан типаж белого офицера, которого революционный трибунал за контрреволюционную деятельность приговаривает к расстрелу, а сотрудник ВЧК под честное офицерское слово отпускает попрощаться с семьей. Надеясь, вероятно, больше его не увидеть. Но офицер, верный своему слову, возвращается, чтобы приговор был приведен в исполнение, а его честь «не пострадала». Надо признать, что сотрудники НКВД (премницы ВЧК) таких вольностей с врагами революции себе уже не позволяли.

Но дело в том, что человек НАСТОЛЬКО верный своему слову очень востребован разного рода спецслужбами. Особенно службой внешней разведки. В самом деле — как иначе контролировать своего агента, удаленного от начальства на тысячи км., отделенного от него границами и легендами?

Владимир Путин иногда напоминает мне вышеописанного офицера. Он держит своё слово как мальчик из рассказа Пантелеева «Честное слово». Но не всегда и не со всеми. Разведчик, использующий в своей профессии набор масок, документов и легенд, может таким образом держать свое слово только данное в своем истинном образе и тем людям, кого считает своими или, по крайней мере, равными себе.

Не буду уходить в детали, но… невозможно объяснить «вседозволенность», предоставленную вдове и дочери Анатолия Собчака иначе, чем обещанием Путина «позаботиться о семье», данное Собчаку при каких-то драматических обстоятельствах. Невозможно объяснить существование до сих пор Ельцин-центра и…, ну, скажем — благополучие членов его Семьи иначе, чем обещанием Путина «не трогать» Семью.

Этой личной особенностью Путина успешно пользуются враги — не единожды мы слышали истории о том, как Путина в очередной раз обманули его «коллеги». А он просто «держал» данное слово. Крайний раз мы имели счастье слышать об этом в интервью Путина Такеру Карлсону.

Должен сказать, что эта особенность Путина (как и, к примеру, дуэльный кодекс Дурасова — найдите и почитайте, это интересно) распространяется только на равных по положению. «Разночинцев», быдло и недостойных допускается обманывать почем зря.

Я уже писал, что по свидетельству ныне опального, а когда-то весьма популярного журналиста-расследователя Андрея Караулова, президентство Путина явилось результатом операции российских спецслужб по перехвату власти у агента влияния (или полезного идиота) западных спецслужб Бориса Ельцина. Вспомните горькие слезы Ельцина, когда он говорил «я ухожу» Сравните это, например, с отставкой президента Швейцарии. Сравнили? И какой сделали вывод? Я считаю, что спецслужбы РФ «сделали Ельцину предложение, от которого тот не смог отказаться». Явно же ведь, что «уход» Ельцина был вынужденным, но не добровольным.

Косвенно это подтверждается тем, что Путин был третьей попыткой госпереворота. До него были Евгений Примаков (стал председателем правительства РФ в 1998 г.) и Сергей Степашин (соответственно в 1999 г.) - первый шесть лет был директором Службы внешней разведки РФ, второй — директором Федеральной службы контрразведки. Путин же в 1998-1999 г. возглавлял ФСБ, а в августе 1999 г. стал председателем правительства РФ. А уже 31 декабря 1999 г. мы услышали знаменитое «я ухожу». А теперь попробуйте мне доказать, что это было простым совпадением.

Став Президентом, Путин сдержал своё обещание, данное Ельцину, и Семью не тронул. Но это обещание не распространялось на приближенных ко «двору» олигархов, которые формально членами Семьи не являлись и потому в качестве равных не воспринимались. Вспомните судьбу Березовского, Ходорковского, Гусинского и иже с ними. Иных уж нет, другие же далеко.

Их места в окружении Президента заняли олигархи из другой «песочницы», которую они любят называть конторой. Пролистайте биографии олигархов из ближнего окружения Путина, т. н. «друзей» Путина - таких как Чемезов, Сечин, Тимченко, С.Б. Иванов и пр. и вы найдете ответ на вопрос «почему так получилось?» или в их послужных списках или в знаменитом кооперативе «Озеро».

И здесь мы прикасаемся к еще одной «тайне современной власти».