После введения нефтегазового эмбарго продажи черной жижи резко, но ненадолго просели. Покупатели осторожничали, опасаясь вторичных санкций, а продавцы отрабатывали серые схемы. Прямые нефтегазовые платежи (прежде всего экспортная пошлина и НДПИ) провалились на 40%. Но при этом так называемые «базовые нефтегазовые доходы», включающие в себя в том числе прибыль сырьевых корпораций, показали рост аж на 31%.

Фокус прост – нефтяной трафик ушел в тень. Официально продавцы соблюдают потолок цен, НДПИ и экспортную пошлину они платят с официального баблопотока, который усох, но при этом выросли теневые доходы, прибыль бьет рекорды даже по отношению к рекордному 2022-му году. Это, во-первых.

Во-вторых, стремительная девальвация рубля – вовсе не признак провала экспортных доходов, которые, действительно, в начале года упали. Просто нефтедоллары теперь прячутся в строке «прибыль предприятий». Прибыль предприятий растет и в несырьевом секторе, причем весьма внушительно – на 20%. Но тут никакого секрета нет, так работает допинг военных заказов. А вот за счет чего растет прибыль сырьевиков, традиционно обеспечивающих 70-80% поступлении в казну от корпоративных налогов?

Тут как раз и играет роль девальвация, являющаяся ключевым фактором снижения издержек экспортеров. Расходы у них в рублях, доходы – в валюте. Маржа растет. Соответственно, налогов в рублях они заплатят значительно больше, особенно если в период уплаты налога на прибыль рубль окрепнет. В этот момент экспортеры начнут продавать ЦБ валютную выручку и рубль еще более укрепится. Потом, разумеется, снова ослабеет пуще прежнего, но то потом. А до марта он вряд ли обесценится, если только не случится какой-нибудь масштабный форс-мажор. Дело вовсе не «выборах» бессменного рулевого, как о том хором кудахчут политологи и экономисты ютубного формата.

Нет ни малейшей связи между курсом рубля и электоральным поведением. А вот дело наполнения бюджета – это святое. В конце концов три четверти избирателей – бюджетополучатели всех мастей и пенсионеры. Если казна выполняет свои обязательства перед ними в течении года, да еще подкидывает внеплановую подачку к выборам – все будет ОК вне зависимости от того, какой стояк у деревянного.

Если среднестатистический потребитель от девальвации проигрывает (не сразу и намного меньше, чем обесценивается рубль), то казна однозначно в профите. Правительству выгоден постоянно ослабляющийся рубль, потому что оно извлекает доход в том числе и от эмиссии. Ведь схема заключается в том, что сначала правительство их тратит, и только потом деньги обесцениваются, попав на потребительский рынок. В убытке – обыватель, который получив зарплату, купит на нее в конце месяца меньше, чем в начале. Но государство может с чистой совестью напечатать дополнительные 100 миллиардов рублей для выкупа валютной выручки экспортеров, даже если объем самой выручки ничуть не вырос или даже сократился. Эти 100 миллиардов (в долларовом эквиваленте) – так называемый эмиссионный доход, доход из воздуха, который Путин может дополнительно потратить на войну. А инфляция – это эмиссионные издержки, которые возлагаются на население.

Ну гениальная же схема! Поэтому с целью увеличения нефтегазовых доходов Кремля ЦБ сознательно девальвирует рубль, вздувая таким образом прибыль экспортеров. Далее в период уплаты корпоративных налогов маятник запускается в обратную сторону и государство:

а) стрижет больше шерсти с корпораций;
б) получает дополнительный доход от эмиссии рубля, выросшей из-за ослабления национальной валюты;
в) легко закрывает слабым рублем расходы бюджета, номинированные еще сильным рублем. Скажем, если чмобик удобрил собой запорожский чернозем весной 23-го года, а родственники получат «гробовые» в октябре, покупательная способность этих денег уменьшится на 10-15%. Если кто-то потерял, значит кто-то на этом выгадал. Государство, как казино, всегда оказывается в выигрыше!

Исходя из вышесказанного я уверенно заявляю, что возможности… https://telegra.ph/CHTO-RUBL-GRYADUSHCHIJ-NAM-GOTOVIT-11-07