Управляющий партнер Kasatkin Consulting Дмитрий Касаткин считает, что Дели действует прагматично: с одной стороны — энергетическая безопасность и ценовая выгода, с другой — торговые договоренности с США и санкционные риски.

— Главный вопрос — на сколько в действительности, а не на бумаге снизятся поставки, — подчеркнул собеседник.При этом, по его мнению, если Индия реально сократит импорт, то эти объемы будут переориентированы в Азию, прежде всего в Китай. Однако это означает рост затрат на фрахт и страхование, что в свою очередь может отразиться на цене. В целом, по его мнению, альтернативные рынки существуют, но они либо меньше по объему, либо требуют дополнительного дисконта.

— Для цены на российскую нефть ключевой фактор — это размер дисконта. При изменении индийского спроса дисконт к Brent, вероятно, расширится, поскольку продавцу придется искать новых покупателей или усложнять схемы поставок. Мы не видим перспектив для существенного эффекта на глобальные цены из-за малозначительных изменений в торговых потоках. Таким образом, вопрос не в том, «найдет ли РФ покупателя», в этом сомнений нет, а в том, по какой цене эта нефть будет куплена, — отметил Дмитрий Касаткин.