Екатерина Дунцова
Фото:
МВД: сначала накажем, а потом узнаете за что
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ДУНЦОВОЙ ЕКАТЕРИНОЙ СЕРГЕЕВНОЙ, СОДЕРЖАЩЕЙСЯ В РЕЕСТРЕ ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ДУНЦОВОЙ ЕКАТЕРИНЫ СЕРГЕЕВНОЙ, СОДЕРЖАЩЕЙСЯ В РЕЕСТРЕ ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ 18+
Пришел ответ из столичного ГУ МВД на мой запрос о правомерности акций домашнего протеста. Я просила ведомство объяснить, будут ли задерживать тех, кто в течение недели открывает окна в 8 вечера и шумит в поддержку свободного интернета. Речь шла о действиях, не выходящих за рамки санитарных норм и не нарушающих общественный порядок.
Полиция официально заявляет, что вопрос о наличии состава правонарушения и его квалификации может быть разрешен только в рамках производства по конкретному делу.
На практике это означает полное отсутствие правовой определенности. Гражданин лишен возможности заранее знать, являются ли его действия законными. Сначала протокол и задержание, а правовая оценка когда-нибудь потом, в суде.
Логика управления сводится к тому, что даже бытовая активность в частном пространстве может рассматриваться через призму закона о митингах. При таком подходе любая форма выражения мнения требует предварительного одобрения исполнительной власти. Отсутствие согласования автоматически переводит мирное действие в разряд правонарушений.
Даже самая безобидная акция может быть истолкована как нарушение. Сегодня вы просто открываете окно у себя дома и хлопаете в ладоши. Завтра это уже могут назвать «несогласованным мероприятием». Послезавтра под сомнение поставят право просто включить свет или подойти к окну в собственной квартире.
Когда нормы закона размыты, любого человека можно объявить виновным по факту его активности. Право превращается в сюрприз, который срабатывает в момент задержания. Мы видим не профилактику нарушений, а тактику давления на самые безобидные формы протеста.
Пока еще я не получила ответы от Валентины Матвиенко, Александра Бастрыкина, Владимира Колокольцева и Александра Гуцана. В Госдуме запрос перенаправили в Минюст, ждем ответа и из Минюста тоже.
Теперь нам остается только наблюдать за тем, кто еще из высокопоставленных лиц решит поиграть в «угадай правонарушение» вместо предоставления прямого и честного ответа.
Когда мы соберем полный комплект таких отписок, общая картина станет окончательно ясной и мы всё равно продолжим отстаивать наше право на свободный интернет, потому что другого выхода у нас нет.
Поддержать меня на Boosty
Хотела получить разъяснение закона, а получила служебный рапорт из Центра «Э»
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ДУНЦОВОЙ ЕКАТЕРИНОЙ СЕРГЕЕВНОЙ, СОДЕРЖАЩЕЙСЯ В РЕЕСТРЕ ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ДУНЦОВОЙ ЕКАТЕРИНЫ СЕРГЕЕВНЫ, СОДЕРЖАЩЕЙСЯ В РЕЕСТРЕ ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ 18+
Пришли ответы на мой запрос о правомерности домашнего протеста за свободный интернет. Я
просила высокопоставленных чиновников разъяснить, будут ли задерживать тех, кто в восемь вечера открывает окна и шумит в рамках нормы, выражая свою позицию и не нарушая общественный порядок
Ведомства в основном сообщили, что вопрос не в их компетенции. СК предложил обратиться в Минюст. Минюст, куда запрос также
переслали из Госдумы, ответил, что это не в его ведении, и обращение по кругу вновь было отправлено в МВД. Совет Федерации сообщил, что не занимается толкованием законодательства, и даже не стал перенаправлять запрос.
Генпрокуратура тем временем направила запрос в Прокуратуру Тверской области. Там наверняка знают, как трактовать федеральное законодательство.
От Администрации президента не поступило вообще ничего, даже формальной отписки. Однако выяснилось, что именно оттуда мое обращение ушло в Центр «Э» по Тверской области. Узнала я об этом не из уведомления, а по факту получения ответов. Мне прислали почти тот же текст, что и от ГУ МВД Москвы, а следом пришел внутренний рапорт.
В рапорте сказано, что моё обращение «принято к сведению» и будет использоваться в оперативно-служебной деятельности. Отдельно подчёркивается мой статус «иноагента». Когда человек просит государство разъяснить закон, итогом становится не правовой ответ, а внимание «Центра по противодействию экстремизму».
Сама акция была направлена именно на получение разъяснений, а не на создание шума. В этом смысле она удалась. На запрос о правомерности «погреметь кастрюлей» дома полиция предлагает подавать уведомления в мэрию, ссылаясь на закон о митингах. Может, и вправду подать? Интересно, что ответят в этот раз.
Теперь наглядно видно, как в России воспринимается даже бытовая позиция у себя дома. Мы хотели понять границу между частной жизнью и публичным действием. Судя по реакции, сама попытка задать вопрос уже вызывает повышенное внимание.
Получается абсурдная картина. Акция не содержит призывов выходить на улицу. Люди просто открывают окна и шумят дома в разрешенное время, но власти рассматривает это через призму борьбы с экстремизмом. Ни одно ведомство не ответило по существу, я получила лишь бесконечные отписки.
Мы с соратниками из партии «Рассвет» продолжим отстаивать свободный интернет и право людей законно выражать свою позицию в разных форматах!
Поддержать меня на Boosty
Обсуждение 49
Обсуждение не доступно в веб-версии. Чтобы написать комментарий, перейдите в приложение Telegram.
Обсудить в Telegram