От «миацума» до декарабахизации
Декларации о независимости Армении 35 лет

1. В 1990 году, 23 августа Верховный Совет Армянской ССР принял Декларацию о независимости. В последние два года существования Советского Союза в условиях нарастающих центробежных тенденций такие документы появлялись, как из рога изобилия. Но в армянской декларации была своя «изюминка». 35 лет назад провозглашалась не просто трансформация одной из союзных республик в независимое государство и «бегство от империи», а самоопределение АрмССР вместе с Нагорно-Карабахской автономной областью, формально-юридически считавшейся частью АзССР. Документ принимался на фоне эскалации этнополитического конфликта, когда процесс не только пошел, а перешел (от погромов к этническим чисткам и «трансферам населения». Тогдашнее армянское самоопределение шло под знаменем «миацума», то есть единства двух субъектов- союзной республики и автономной области. Эта идеология определила национально-государственное строительства и политическую идентичность постсоветской Армении
2. За это время много воды утекло. Распался единый Союз, конфликт перерос из межобщинного и межреспубликанского в межгосударственный. Постепенно произошла и его «геополитизация». Военно-политический статус-кво менялся трижды. И если до 2020 года «миацум» для Армении был в целом успешной практикой, хотя и отягощенной множественными издержками (о которых писали немногие, но справедливо), то после завершился проигрышем, геополитическим и гуманитарным.
3. Сегодня СМИ и социальные сети пестрят цитатами из послания премьер-министра Никола Пашиняна к 35-летию Декларации, в котором он подвергает принятый в 1990 году документ жесткой критике. И фактически призывает к отказу даже не от конкретной бумаги, а от ее духа и базовых идей. Карабахское движение, превратившее советскую Армению в постсоветскую (со всеми плюсами, минусами, тяготами и обретениями, победами и поражениями) представлено, как препятствие на пути к миру и процветанию республики.
4. Впрочем, такие оценки из уст премьера и его сторонников звучат не впервые. Два года назад по аналогичному поводу (годовщина принятия Декларации) Пашинян заявил, что документ, принятый в 1990 году, заложил «элементы перманентной конфронтации его страны с соседями». Риторический вопрос, только ли одна отдельно взятая Декларация закладывала вражду в Закавказье.
5. В своем послании-2025 премьер-министр Армении использует свои фирменные риторические приемы. Вся ответственность за армянский этнополитический «максимализм» возлагается на советскую систему. Это она мол де навязала армянам в АрмССР неправильную «модель патриотизма», чтобы «не допустить локальной реализации патриотических устремлений внутри Армянской ССР, а направить их вовне». Спрашивается в задачке, а почему же комитет «Карабах», возникший на гребне «перестройки», считался в Москве рассадником антисоветчиков, а его лидеров советские «органы» привлекали к уголовной ответственности. И почему Армения (заметим, не Азербайджан!) отказалась от участия в референдуме о сохранении «обновленного СССР» в марте 1991 года. Не обозначены и такие факторы, влиявшие на армянский национальный «гигантизм», как последствия геноцида в Османской империи и конфликтов с соседями во время «первых республик» в 1918-1920 гг. Может быть в них, стоило бы найти источники максимализма создателей постсоветской Армении. Как минимум, не все сводить к наследию «проклятого советского прошлого».
6. Впрочем, важно понимать законы жанра. Пашинян-не академический историк, у него не научные, а политические прикладные цели. Мир, который он продвигает сегодня, как главное достижение и главный актив в канун ключевых выборов пятилетия, предполагает радикальную трансформацию армянской государственности и политической идентичности. В новом национальном мифе героика и жертвенность уступают место консюмеризму. Помня о библейских принципах, никого не сужу и тем паче не выступаю прокурором, права такого не имею. Как эксперт, просто констатирую тенденции.