Дональд Трамп целился в Канаду, но может попасть в Канзас.
 
Между США и Канадой разразилась торговая война – обе страны обменялись решениями о введении пошлин на ряд товаров. Трамп сам активно вводит пошлины, но его оскорбило то, что канадцы ответили - под удар попала продукция на сумму около 20 млрд долларов США - от стали до футболок. Теперь Трамп угрожает введением новых пошлин - на импорт автомобилей, грузовиков, автозапчастей и стали, которые вступят в силу в Новый год. Пока же, чтобы отомстить канадцам, он 27 августа издал указ о переименовании озера Онтарио в озеро Америка (на другие страны, включая Канаду, указ президента США, понятно, не распространяется).
 
В понедельник президент также пригрозил заблокировать продажу канадских самолетов Bombardier, если производство не будет перенесено в США. «Больше никаких продаж самолетов Bombardier в Соединенных Штатах! Их продукция недостаточно хороша! Более 50% их доходов поступает из США — они живут за счет американских покупателей, американских компаний, американских аэропортов и американского сервиса — и все это в то время, как Канада блокирует доступ к нашим ВЕЛИКИМ американским банкам и компаниям по всей территории США», - написал Трамп и добавил, что «они даже запретили компании Gulfstream Aerospace вести бизнес в Канаде — это совершенно несправедливо и нечестно!».
 
Но тут на защиту Bombardier встали сенаторы-республиканцы от штата Канзас Джерри Моран и Роджер Маршалл. Моран отметил, что компания Bombardier является крупным работодателем в его родном штате. «Сегодня днем ​​я связался с администрацией Трампа, чтобы убедиться, что президент осведомлен о значительном вкладе компании Bombardier в развитие Канзаса и о важности ее присутствия в Уичито для многих канзасских работников Bombardier и в цепочке поставок компании. Я продолжу работать над тем, чтобы производственные мощности Bombardier не только оставались в Канзасе, но и продолжали расти и создавать рабочие места в Америке», — написал Моран.
 
Дело в том, что еще в 2022 году компания Bombardier перенесла свою штаб-квартиру в крупнейший город Канзаса Уичито для расширения летных испытаний и модернизации операций по эксплуатации бизнес-джетов Learjet, Challenger и Global. И «красный» (голосующий за республиканцев) штат Канзас заинтересован в продолжении работы Bombardier на своей территории.
 
Сама компания между тем напоминает, что угрозы Трампа затронут не только сотрудников компании в Канзасе, но и бизнесы в Техасе, Аризоне, Флориде, Коннектикуте, Иллинойсе, Делавэре, Калифорнии, Вашингтоне и Нью-Джерси. В цепочку поставок канадской компании входят более 2800 компаний по всей территории Соединенных Штатов. «В самолетах Bombardier используются компоненты американского производства, такие как двигатели, авионика и многие другие ключевые системы, поставляемые ведущими американскими компаниями», — заявила компания в понедельник.
 
Но конкретно для канзасских республиканцев ситуация осложняется тем, что младший сенатор от штата, Маршалл, в ноябре баллотируется на второй срок. Демократы не выигрывали выборы в Сенат в Канзасе с 1932 года, но сейчас они выдвинули необычного для себя кандидата – популярного пастора Адама Гамильтона, основателя Объединенной методистской церкви Воскресения в канзасском городе Ливуде. Это одна из крупнейших общин Объединенной методистской церкви не только в США, но и в мире, в 2025 году численность ее членов составляла 24 тысячи человек.
 
По двум опросам, проведенным в июле и августе, Маршалл лишь незначительно опережает Гамильтона, а один августовский опрос даже показал, что Гамильтон немного вырвался вперед. Так что Маршалл, как и Моран, обещает, что будет бороться за сохранение более чем 1200 рабочих мест компании Bombardier в Канзасе и «уже поднял этот вопрос в Овальном кабинете». «Уичито обладает одним из лучших в стране кадровых резервов в обрабатывающей промышленности и является лидером в аэрокосмическом производстве», - сделал рекламу Маршалл. Что неудивительно, так как борьба идет за каждый голос.
 
Алексей Макаркин 

Офис премьер-министра Армении подтвердил, что в октябре 2026 года ожидается визит президента Казахстана Касым-Жомарта Токаева в Ереван. Точные даты будут в скором времени известны. Первый официальный визит в Армению казахстанский лидер совершил 15-16 апреля 2024 год. За это время многое поменялось и на Южном Кавказе, и в отношениях между двумя государствами.
 
В ноябре прошлого года премьер-министр Армении Никол Пашинян приглашал Токаева посетить его страну именно с государственным визитом. Предварительно повестка будущего визита выглядит так: два лидера планируют обсудить дальнейшее развитие многопрофильного двустороннего сотрудничества, совместные торгово-экономические и инвестиционные проекты, а также участие в региональных транспортных программах. Но сегодня политический вес поездки выглядит потенциально выше обычного рабочего контакта.
 
Все параллели условны. Однако нельзя не увидеть определенной «грузинизации» политики Армении? Что имеется в виду? Евроинтеграция, несмотря на все официальные заявление (и даже включение этого пункта в правительственную программу на 2026-2031 гг.) остается для Еревана весьма неясной перспективой. Евразийская же интеграция важна. Но Армения пытается дистанцироваться от России, даже не называет Москву своим союзником. «Трансформация отношений», не более того. В этом контексте Ереван пытается закрепить контакты с ближайшими партнерами России. Среди прочего, это удобно и как дополнительный канал передачи информации и взаимодействия с «трансформирующимся» союзником (уже бывшим?).
 
Но и у Астаны имеется свой интерес. Армения для Казахстана становится элементом большой транзитной политики. Токаев и Пашинян уже прямо увязывали армянский «Перекрёсток мира» и TRIPP со Средним коридором и маршрутом Север-Юг. Казахстан заинтересован в дополнительных выходах на западные рынки, а Армения - в превращении из транспортного тупика в транзитный узел. Конечно, про овраги, как в известной пословице, не стоит забывать! Но как план выглядит так!
 
Здесь у Казахстана есть особая позиция. Он имеет очень тесные отношения с Азербайджаном, но одновременно существенно активизировал отношения с Арменией. Более того, именно Казахстан в 2024 году предоставил площадку в Алматы для переговоров глав МИД Армении и Азербайджана. Поэтому визит Токаева может стать политической демонстрацией того, что развитие связей Еревана с Центральной Азией не обязательно происходит за счет отношений с Баку.
 
Многовекторность в Астане возведена в важный принцип. Армения при Пашиняне пытается идти схожим курсом. Опять же, на этом пути есть свои сложности и отождествлять две страны по многим основаниям нельзя. И не факт, что пашиняновские планы когда-нибудь достигнут казахстанских высот. Но мы фиксируем: попытки делаются. И нельзя сказать, чтобы в Москве они вызывали бы большой восторг!
 
Сергей Маркедонов

Когда катарский инвестиционный фонд в 2009 году, заплатив около 7,3 млрд евро, получил долю в 17% голосов в компании Volkswagen, то казалось, что это надежные инвестиции в солидную европейскую фирму.
 
Катарцы являются третьими по значению акционерами Volkswagen после Porsche Automobil Holding (53,3% голосов) и правительства Нижней Саксонии, где находятся заводы компании (20%). Вряд ли аналитики фонда могли предположить, что произойдет в последующие годы.
 
Вначале, в 2015 году, на Volkswagen обрушился «Дизельгейт», когда выяснилось, что дизельные двигатели были оснащены «обманным» программным обеспечением, которое позволяло обходить замеры выбросов. «Экологический дизель» оказался обманом. Volkswagen выжил, но дорогой ценой. К 2024 году общая сумма штрафов, судебных издержек и затрат на выкуп автомобилей у владельцев превысила, по разным оценкам, 30-35 млрд долларов. Добавим к этому отставки в руководстве концерна, суд над группой топ-менеджеров, масштабные репутационные издержки. Дизельная технология, которую Volkswagen позиционировал как «чистую», была дискредитирована.
 
Стремясь исправить ситуацию, Volkswagen активно инвестировал в электромобили и стал одним из лидеров их рынка в Европе. Но это происходит на фоне новой напасти – в Европу пришли китайские конкуренты с более низкими ценами. Китайцы не только экспортируют автомобили, но и занимаются локализацией. BYD объявила о начале строительства сборочного завода в Венгрии, MG намерена построить аналогичный завод в испанской Галисии, а Great Wall Motor рассматривает в качестве возможных вариантов для размещения своего предприятия Венгрию, Румынию и ту же Испанию.
 
В этих условиях Volkswagen вынужден принимать непопулярные антикризисные меры, в том числе закрыть четыре завода. К 2031 году прекратить производство должны заводы в Эмдене и Цвиккау, к 2032-му - в Ганновере, к 2034-му - завод Audi в Неккарзульме (она входит в Volkswagen).
 
А тут еще одна проблема. В 2009 году обанкротилась компания Karmann, которой принадлежал завод в Оснабрюке. Правительству Нижней Саксонии надо было урегулировать проблему с работниками, и спасителем выступил Volkswagen, который не мог отказать одному из крупнейших акционеров. На заводе пробовали выпускать различные марки автомобилей, в последние годы наладили серийное производство T-Roc Cabriolet. Однако в 2024 году Volkswagen решил прекратить выпуск кабриолетов, а других вариантов для завода предусмотрено не было. Вначале прекращение выпуска планировалось на 2025 год, потом перенесли на 2027-й.
 
И вот теперь Volkswagen заключил предварительное соглашение о продаже завода в Оснабрюке израильской компании Aurelius Capital и федеральной земле Нижняя Саксония. Такая схема необходима, чтобы исключить Катар, выступающий против прямого сотрудничества с израильтянами (это еще одна «головная боль» для фонда).
 
По словам представителей профсоюзов, эта сделка может позволить сохранить около 1400 из 1800 рабочих мест. Volkswagen уже заявил, что первым крупным проектом станет сотрудничество с израильской компанией Rafael Advanced Defense Systems - одним из ключевых участников разработки системы противоракетной обороны «Железный купол». «Эти планы предусматривают потенциальное производство систем ПВО и комплектующих для них для Германии и Европы», - заявили в Volkswagen, добавив, что такое сотрудничество может открыть путь к заключению других подобных соглашений.
 
Дополнительные проекты могут предусматривать переоборудование пикапов VW Amarok в военные автомобили, сообщил Reuters источник, знакомый с ситуацией. По мнению экспертов, эта сделка может стать примером для других заводов Volkswagen, оказавшихся под угрозой закрытия.
 
Антивоенные активисты недовольны, но правительствам – как Нижней Саксонии, так и Германии – важнее остановить рост популярности «Альтернативы для Германии». Если завод закрыть, то его сотрудники и члены их семей могут пополнить число ее избирателей. Так что, стремясь сохранить промышленность, Германия делает ставку на то, что востребовано. А сейчас в мире нужно все больше вооружений.
 
Алексей Макаркин 

Никакого модернизьма, никакого абстракционизьма.
 
Посещение Никитой Хрущевым выставки в Манеже, где он разнес «модернистов и абстракционистов», вроде бы принято считать примером грубости и невежества. Публично иронизировать над дурным вкусом стало можно сразу же после снятия первого секретаря. В 1965 году в гайдаевской «Операции Ы» отрицательный персонаж в исполнении Георгия Вицина, призывая «внедрять культурку» и рекламируя продаваемую «живопИсь», обоснованно гарантировал покупателям: «Никакого модернизьма, никакого абстракционизьма».
 
Но вопрос, кем принято считать. При ближайшем рассмотрении становится видно, что многие граждане, вряд ли уважающие Хрущева как политика (за десталинизацию, кукурузу, ботинок в ООН и вообще волюнтаризьм), не столь уж далеки от него во взглядах на культуру.
 
Уже давно замечено, что число комментариев в Интернете увеличивается, когда массовой аудитории предполагается порассуждать о Малевиче или Шагале. Последний по времени пример: в Дзене опубликован материал о том, что Арно Караён, потомок художника XIX века Жюля Эжена Леневё, обратился к президенту Франции с требованием вернуть для обозрения оригинальную роспись купола Гранд-опера, автором которой был его предок. Караён утверждает, что живопись Леневё был незаконно «погребена» в 1964 году, когда министр культуры Андре Мальро пригласил Марка Шагала создать новое произведение. Технически заменить Шагала на Леневё возможно, так как шагаловский плафон крепится на специальной конструкции – а за ней сохранилась композиция Леневё.
 
История эта давняя, потомок уже несколько лет безуспешно пытается совершить контрреволюцию в искусстве на примере отдельно взятого театра, пересмотрев решение Мальро (самого знаменитого министра культуры Франции), одобренное его патроном, тогдашним президентом Шарлем де Голлем. Понятно, что Эммануэль Макрон такую контрреволюцию не одобрит – но если в следующем году президентом станет Марин Ле Пен, то все возможно.
 
Но интересны комментарии читателей, получившие более сотни лайков: «Шагал - раздутая величина 20-го века. Его время прошло. Плафон Леневё - это шедевр академической живописи» (абсолютный чемпион по лайкам). «Как вообще можно сравнивать Шагала и Леневë? Шагал - это рисунки уровня средней школы, в то время как Леневë это классическая живопись, ЖИВО-ПИСЬ, сюжет живой. Шагалу до подобного как до Луны, очень переоценён». «Театр - это храм искусства, конечно, логичнее и эстетичнее смотрится фреска Леневё». «Тут и сравнивать нечего. Примитивизм Шагала и настоящая живопись Жюля Эжена Леневё...». «Какая к чертям магия Шагала! Магия безыскусности и непрофессионализма! В российских школах таких магов уйма с первого и по выпускной класс, дайте только в руки кисть и краски. Достаточно посмотреть на уличные росписи стен и заборов».
 
Есть, конечно, и другие точки зрения, но они в явном меньшинстве и лайков под ними существенно меньше (ни один из них даже не приблизился к сотне лайков).
 
Так что, несмотря на то что модернизм уже давно стал брендом, он остается эмоционально оспариваемым широкой аудиторией, для которой куда ближе «понятная» живопись – от академизма (где, правда, современному зрителю не всегда ясны сюжеты – но это стимул для повышения образовательного уровня) до соцреализма. Все это несмотря на массу печатных публикаций и лекций в интернете.
 
Имеет ли это отношение к политике? Разумеется. Только один пример – одним из первых признаков подъема «Альтернативы для Германии» в Саксонии-Ангальт стало не только неприятие миграции, но и недовольство зрителей модернистскими экспериментами художественного руководителя оперного театра в Галле (для местных сообществ это важно). Аудитория бывшей ГДР востребовала высокую классику в привычном исполнении – и у нее сложилось ощущение, что элиты навязывают ей чуждые ценности. Режиссер, кстати, был вынужден уехать из Галле, столкнувшись со зрительским бойкотом. Так что культурная победа АдГ произошла существенно раньше политической.
 
Алексей Макаркин 

Встреча Владимира Путина и Никола Пашиняна в Бишкеке произвела в медиа-пространстве эффект «кругов по воде». Стало ясно: два лидера признают «новую нормальность» в отношениях между Москвой и Ереваном, но ее перспективы видятся по-разному. И одним из ключевых расхождений является вопрос о референдуме, на котором граждане Армении должны высказаться по поводу выбора предпочтительного для них и их государства интеграционного вектора. ЕАЭС или ЕС.
 
Через два дня после переговоров в столице Кыргызстана, премьер-министр Армении в ходе брифинга, отвечая на вопросы журналистов, зафиксировал следующую позицию: принятие закона о вступлении его страны в ЕС было правильным, отменять его официальный Ереван не намерен. Напомним, что в Бишкеке в своем диалоге с президентом РФ Пашинян особо подчеркнул, что принятие этого акта позволило избежать проведения референдума. По его словам, закон был утвержден именно для того, чтобы не проводить всенародного голосования, а также предоставить народу Армении легитимную альтернативу в текущей международной обстановке.
 
Однако в аргументации армянского премьера есть определенные нестыковки. Так, выступая в парламенте с презентацией программы правительства на 2026-2031 гг., Пашинян о том, что Ереван намерен начать подготовку к референдуму о вступлении ЕС. Он, правда, увязал это с подачей соответствующей заявки в Брюссель. Через неделю мы видим скорректированную позицию.
 
У такого подхода, как нам кажется, два основных резона. Во-первых, внутриполитический. Пашиняну трудно ставить на карту свою карьеру и перспективы своей партии. Допустим, избиратель предпочтет отказ от евроинтеграции. Если даже Исландия, чьи взаимосвязи и с ЕС (не говоря уже о НАТО, в которой страна состоит с момента основания блока) несравнимы с армянским уровнем, недавно проголосовала против присоединения к Евросоюзу, то шансы на негативный исход для команды совсем не нулевые. Это дополнительный риск. Как, впрочем, и голосование 51на 49%. Четкое указание на общественно-политический раскол.
 
Во-вторых, даже самые ярые поклонники европейского выбора говорят: Армения многое потеряет от быстрого разрыва с Россией и ЕАЭС. И компенсировать урон будет сложно, и уж точно не так быстро, как кому-то хотелось бы. Таким образом, Пашинян и его соратники не хотят, чтобы армяне выбирать между Россией и Европой «здесь и сейчас», то есть раньше, чем европейский вариант станет реальным. Политически сегодняшним властям Армении выгодно максимальное время находиться между двумя системами, снижая зависимость от Москвы и одновременно не теряя преимуществ ЕАЭС. Непраздный вопрос, как долго Россия будет наблюдать такое откладывание выбора. Судя по риторике российских первых лиц, терпение Москвы уже на исходе.
 
Сергей Маркедонов

Министр войны Пит Хегсет добился очередной победы – в отставку ушел его главный соперник, министр армии Дэн Дрисколл. Но, похоже, это пиррова победа.
 
Отставка Дрисколла сейчас не планировалась – республиканцы перед промежуточными выборами не заинтересованы во внутрипартийных конфликтах. У них и так ситуация непростая – в Техасе и Айове, оплотах партии, ситуация на сенаторских выборах стала неопределенной. И у демократов появился шанс на большинство в Сенате (на выборах в Палату представителей прогнозисты уже давно прочат победу демократам).
 
Дрисколл – не просто протеже, но и друг Джея Ди Вэнса, вице-президента США, который продолжает лидировать практически во всех в опросах сторонников республиканцев как возможный кандидат в 2028 году. Последний по времени опрос (проведен Quantus Insights 26-28 августа) показывает, что у Вэнса 41%, у Марко Рубио – 29%. Проведенный 18-24 августа опрос McLaughlin & Associates демонстрирует еще более уверенное лидерство Вэнса: 32% против 12%. Хотя есть и исключение: июльский опрос Emerson College дает почти равные показатели: 39 к 38%.
 
Дрисколл подал в отставку сам после разговора в понедельник с Дональдом Трампом, который, судя по всему, выразил поддержку министру войны в его затяжном конфликте с министром армии. При этом Дрисколл сделал все, чтобы не выглядеть диссидентом и не испортить тем самым свою дальнейшую карьеру в партии, где не любят бунтарей. Кстати, за время своего пребывания на посту министра армии он не поругался с генералами и наладил сотрудничество с законодателями на двухпартийной основе (то есть и с демократами). Но в администрации Трампа это отнюдь не достоинство.
 
В прощальном обращении уходящий министр нашел добрые слова в адрес не только Трампа, но и Хегсета. Он особо выразив благодарность Трампу «за возможность вновь служить своей стране». Отметив работу «над модернизацией и ускорением процесса комплектования, обучения и оснащения армии, самой смертоносной боевой силы на земле», Дрисколл вежливо подчеркнул, что «мы не смогли бы добиться такого прогресса без поддержки министра Хегсета».
 
Ряд законодателей-республиканцев выразили сожаление в связи с уходом Дрисколла. Сенатор Майк Раундс заявил журналистам, что он «разочарован» известием об уходе Дрисколла. Конгрессмен Стив Вомак назвал его «лидером, способным к преобразованиям, который привнес здравый смысл и дисциплину» в армию. Конгрессмен Пэт Харриган высоко оценил «оперативный» подход Дрисколла к своей работе и отметил усилия министра по модернизации армии.
 
Что же касается Хегсета, то он не может обеспечить прохождение через Сенат кандидатуры генерала Кристофера ЛаНеве, который с апреля исполняет обязанности начальника штаба армии. Его предшественник Рэнди Джордж пользовался поддержкой Дрисколла и был уволен Хегсетом, что вызвало недовольство многих законодателей от обеих партий.
 
Генералу ЛаНеве необходима единогласная поддержка сенаторов-республиканцев, чтобы пройти через комитет Сената по вооруженным силам – но такой поддержки у него пока нет из-за сомнений в наличии у него достаточного опыта (он стал четырехзвездным генералом только в этом году). А тут еще появилась информация, что именно он приказал базирующемуся в Европе батальону армии США прекратить экспериментальную программу по использованию беспилотников. Так что в общественном мнении складывается простая схема – Дрисколл выглядит сторонником современной армии, а Хегсет и ЛаНеве – архаичной, что еще более осложняет утверждение кандидатуры ЛаНеве.
 
Пока же Хегсет лично тормозит карьеры недостаточно лояльных военных. Он исключил имена семи военных из списка кандидатов в генерал-майоры и четырех офицеров, рекомендованных к присвоению звания бригадного генерала. Некоторые из них были связаны с генералом Джорджем и генералом Крисом Донахью, командующим войсками США в Европе и Африке, которого Хегсет уволил в отставку этим летом. Донахью известен как последний военный, покинувший Афганистан при выводе американских войск в 2021 году – а Хегсет крайне негативно относится к участникам этих событий, считая эвакуацию провальной.
 
Алексей Макаркин 

Этой встречи ждали. Что бы кто ни говорил о межгосударственных отношениях на постсоветском пространстве, персональные контакты и «химия» личного общения играют здесь не меньшую (если не большую) роль, чем рутинное институциональное взаимодействие.
 
О том, что Армения отдаляется от России написаны уже тома литературы. Оснований для таких выводов немало. Одно дело - предвыборная риторика, и совсем другое- правительственные программы. Во вновь утвержденном проекте кабмина Армении Москва уже не определяется, как стратегический партнер и союзник Еревана. И сам премьер-министр Никол Пашинян подтвердил официально корректировку внешнеполитического курса своей страны.
 
Все эти обстоятельства вместе и каждое по отдельности превращали встречу президента РФ Владимира Путина и главы правительства Армении Никола Пашиняна на полях ШОС в Бишкеке в важное событие. Многие комментаторы при этом предполагали, что ее результат определит траекторию двусторонних отношений на месяцы, если не на годы.
 
Об итогах переговоров легче говорить потому, что предыдущая встреча двух лидеров имела место пять месяцев назад 1 апреля 2026 года. Между этими двумя событиями прошло третье, парламентские выборы в Армении, на которых правящая партия «Гражданский договор» одержала победу. Не взяла конституционного большинства, но смогла сформировать однопартийное правительство без коалиций.
 
Официальная Москва не поздравила Пашиняна с этой победой. Сразу скажем, на бишкекской встрече президент Путин также деликатно обошел эту тему. Пересказывать все заявления президента РФ и премьера Армении, прозвучавшие на «полях» саммита ШОС вряд ли имеет практический смысл. Куда важнее зафиксировать расхождения двух дискурсов. Хотя между ними есть и общее. Оба лидера согласны с тем, что «как при бабушке» уже не получается и не получится. И что совмещение двух интеграционных векторов европейского и евразийского также проблематично.
 
Но дальше из критической части делаются разные конструктивные выводы. Российский президент настаивает на окончательном определении Еревана между интеграционными проектами и настаивает на референдуме. Премьер Армении пытается удержаться в состоянии равновесия, пытаясь доказать, что для всенародного волеизъявления еще не наступил.
 
Сближения позиций не наступило.  В то же время стороны пытаются и не углублять противоречия, не скатываться в конфронтацию. Армения не демонстрирует намерения немедленно уходить из ЕАЭС или разрывать связи с Россией, а Москва, в свою очередь, фактически признает право Еревана на диверсификацию — но проводит четкую красную линию там, где евроинтеграция станет юридически несовместимой с членством в ЕАЭС. Открытым остается вопрос, надолго ли такое равновесие.
 
Сергей Маркедонов

В первый сентябрьский день ЦИК Республики Молдова назначил выборы башкана Гагаузии на 15 ноября 2026 года. Они должны состояться параллельно с голосованием по избранию депутатов Народного собрания (НС) автономии. Решение ЦИК поддержали 6 членов комиссии, двое воздержались. Кризис закончен? Скорее, закрыта старая глава, открывается новая. И дописать ее еще предстоит.
 
ЦИК принял такое решение самостоятельно. По новым нормам Избирательного кодекса первоначальное право назначить дату остается за Народным собранием Гагаузии. Оно должно сделать это не позднее чем за 80 дней до голосования. Если НС не принимает решение в установленный срок, дату вправе установить сам ЦИК Молдовы, не позднее чем за 75 дней до выборов.
 
Именно этот механизм ЦИК и применил. За пять дней до этого комиссия официально обратилась к НС Гагаузии и предложила провести выборы башкана 15 ноября. Депутаты органа (чьи полномочия уже истекли) сделали несколько «подходов к снаряду». 17 и 26 августа, а также 1 сентября были попытки найти решение. Но оно так и не было найдено и принято. Заседания НС блокировались из-за отсутствия необходимого кворума. К моменту принятия решения ЦИК ответа от Народного собрания в Кишинев также не поступило.
 
Напомним, что в результате поправок к Избирательному кодексу (это Закон №192 от 25 августа 2026 года, президент Майя Санду поддержала его 26 августа) в Гагаузии вместо ЦИК автономии создается ЦИС (избирательный совет), который включается в единую систему избирательных органов Молдовы. Его состав от 7 до 11 членов, а его полномочия и деятельность теперь в большей степени регулируются общенациональным законодательством.
 
Таким образом, 1 сентября 2026 года произошел важный прецедент. Общемолдавский ЦИК впервые воспользовался новыми полномочиями в отношении даты выборов главы Гагаузии. Это прямое практическое следствие августовских поправок к Избирательному кодексу и июльского решения Конституционного суда о включении региональных выборов Гагаузии в общенациональную систему избирательного администрирования.
 
Но в политическом плане ситуация выглядит острее: НС Гагаузии фактически лишилось возможности самостоятельно определить дату выборов после истечения установленного законом срока, а ЦИК назначил голосование ровно на 15 ноября, синхронизировав выборы башкана и депутатов. С юридической точки зрения ЦИК утверждает, что действовал не вместо НС с самого начала, а после применения резервного механизма, предусмотренного законом.
 
    Но по-прежнему остается вопрос, согласится ли гагаузский политикум и общество автономного образования с таким поворотом дела. Поправки вступили в силу только 26 августа, тогда как для выборов 15 ноября 80-дневный срок для НСГ фактически истекал уже 27 августа. Получается, автономии после вступления новой нормы в силу было предоставлено фактически около одного дня для реализации первичного полномочия. И это лишь юридическая сторона дела…
 
Сергей Маркедонов

До парламентских выборов в Израиле осталось меньше двух месяцев. А подводные археологи как раз в августе сообщили, что обнаружили у берегов страны «Альталену».
 
Как связаны эти события? «Альталена» - судно с грузом оружия и репатриантами на борту, направлявшееся в Израиль в 1948 году. У власти в недавно провозгласившей свою независимость стране тогда находились левые, а груз везли правые из вооруженной организации «Иргун», которую возглавлял Менахем Бегин. Левые опасались, что оружие попадет в руки правых, которые могли бы организовать переворот.
 
Судьба «Альталены» была драматичной. Судно первоначально добралось до побережья Израиля, где высадилось большинство пассажиров, удалось выгрузить часть груза и на борт поднялся Бегин. Но вскоре появились военные из ЦАХАЛ, и судно после перестрелки с жертвами с обеих сторон спешно отплыло в сторону Тель-Авива. Тогда судно было обстреляно военными – силами ЦАХАЛ там командовал молодой Ицхак Рабин. «Альталену» потопили, всего в этих событиях погибли 16 членов «Иргуна» и трое солдат ЦАХАЛ. Оставшийся в живых Бегин призвал своих сторонников не начинать гражданскую войну.
 
Прошли десятилетия. Правые давно интегрировались в израильский политический класс, в 1977 году впервые сформировали правительство (премьером стал Бегин). В ЦАХАЛ появились правые генералы – ярким примером стал Ариель Шарон. Но недоверие многих правых к израильскому истеблишменту оставалось. В конце XX – начале XXI веков оно вновь усилилось.
 
Вначале триггером стали соглашения Осло, когда все тот же Рабин, вскоре убитый правым радикалом, пожал руку Ясиру Арафату. Но еще большим шоком стало изменение позиции Шарона, который вслед за погибшим Рабином попытался найти компромисс – и стал для правых предателем. Более того, именно при его правительстве в рамках плана одностороннего размежевания армия в 2005 году занялась ликвидацией израильских поселений в Газе и из Северной Самарии, причем дело доходило до силовых конфликтов с их жителями.
 
Ситуацию усугубила неудачная ливанская война 2007 года, показавшая уязвимые места израильского командования. Получилось, что военные успешно ликвидировали поселения, но не смогли справиться с «Хезболлой». Впрочем, и после ухода из партии Шарона в «Ликуде» оставались генералы, но постепенно их становилось все меньше. Для «поселенческих» же партий военачальники тем более были сильнейшим раздражителем.
 
Хотя и для тех, и для других еще больший негатив – это судебная система, которая, по их мнению, не служит израильскому народу, а действует в интересах левых и палестинцев. Поэтому одной из главных задач нынешнего правительства Биньямина Нетаньяху – самого правого в израильской истории – была судебная реформа, фактически означающая ликвидацию независимости «третьей власти» и вызвавшая мощное противодействие со стороны и судебной корпорации, и левой части общества. Главным автором реформы стал вице-премьер и министр юстиции Ярив Левин - дядя его матери Элиягу Ланкин командовал отрядом «Иргуна» на «Альталене».
 
Так что сейчас на праймериз «Ликуда» военачальники не вошли в первую двадцатку. А герой крайне правых политик-поселенец Итамар Бен-Гвир вообще не был допущен в армию из-за своих праворадикальных взглядов, действий и связей. Зато во главе новой центристской партии «Яшар» на выборы идет бывший начальник штаба ЦАХАЛ Гади Айзенкот, а лидером Демократов (преемников израильских левых 1940-х годов) является Яир Голан, в прошлом замначальника штаба ЦАХАЛ.
 
И вот на этом фоне была обнаружена «Альталена» - символ и раскола между левыми и правыми и недоверия к военным. Впрочем, такое сообщение уже было в 2012 году, но тогда не подтвердилось (у берегов Израиля в разное время потерпело крушение немало кораблей). «Мы нашли «Альталену». Сегодня вечером мы написали страницу истории», - заявил министр наследия Амихай Элияху, представляющий крайне правых. Историю с «Альталеной» уже пытаются использовать в своих интересах перед выборами и Бен-Гвир, и Нетаньяху. Представитель армии, в свою очередь, сообщил, что ЦАХАЛ не участвовал в операции по обнаружению судна.
 
Алексей Макаркин 

История с депортацией из США Майло Яннопулоса характерна тем, что в яму попал тот, кто если не сам рыл ее другим, то всячески одобрял этот процесс.
 
Яннопулос – британский гражданин, крайне правый активист эпохи постмодерна. В его биографии есть и одобрительные отзывы о педофилии (потом Яннопулос пытался их дезавуировать – и его почитатели этому поверили), и гей-брак (движение ЛГБТ признано экстремистским и запрещено в РФ), и исламофобские высказывания, и антисемитская пропаганда, и работа с другим персонажем, известным своим антисемитизмом – Канье Уэстом, которого то ли еще ждут в России, то ли уже нет. В последнее время он вернулся к Уэсту, позиционируя себя как его пресс-секретарь и юридический представитель.
 
В старые времена модерна от такого деятеля шарахались бы политики, рассчитывавшие на какой-либо электоральный успех. Сейчас же времена постмодернистские, и Яннопулос со своей интернет-аудиторией оказывается востребованным. В 2022 году он работал неоплачиваемым стажером у конгрессвумен Марджори Тейлор Грин, в то время одной из ключевых фигур трампизма.
 
Сотрудничество с Тейлор Грин, видимо, способствовало изгнанию Яннопулоса из США. Оказалось, что въехав в США в 2019 году на законных основаниях, он просрочил визу. В июле нынешнего года его вызвали к судье на слушание по иммиграционному делу. Яннопулос вызов проигнорировал, и судья в его отсутствии вынес решение о депортации. 27 августа он был задержан Иммиграционной и таможенной службой (ICE) в Луизиане, где находился по делам Канье Уэста, и на следующий день был депортирован в Великобританию с запретом повторного въезда в США.
 
Праворадикальная блогер Лора Лумер приписывает себе заслугу в том, что первой сообщила о его иммиграционном статусе. Еще в декабре Лумер заявила, что Яннопулос просрочил визу и незаконно проживает в США. В том числе останавливаясь в домах Тейлор Грин и ведущей подкастов Кэндис Оуэнс, бывшей левой активистки, перешедшей во время первого президентского срока Дональда Трампа в крайне правый лагерь.
 
И Тейлор Грин, и Оуэнс к концу 2025 года уже перестали быть трампистками и перешли в лагерь критиков нынешнего президента США, став врагами и для него, и для Лумер, сохранившей верность Трампу. В сообщении в социальных сетях Лумер заявила, что Яннопулос в разгар их вражды призывал к ее убийству, что побудило ее сообщить в ICE и ФБР о его иммиграционном статусе. «Я вам всем говорила, что Майло - нелегал», - подчеркнула Лумер.
 
Ранее Яннопулос публично поддерживал операции ICE и призывал к «полной юридической неприкосновенности» для агентов ICE при исполнении ими своих обязанностей. «Калифорнии необходимы контрольно-пропускные пункты ICE у входов в супермаркеты, на автозаправочных станциях, в торговых центрах, на перекрестках и в правительственных зданиях, с немедленной депортацией любого, кто не может доказать, что находится в США незаконно», — написал он в июне 2025 года. В США ICE вызывают гнев левых и энтузиазм правых. Тогда он был уверен, что эта практика не распространится на него, белого трамписта. Реальность оказалась иной.
 
Лумер не удержалась от того, чтобы призвать Минюст «провести расследование в отношении опозоренной бывшей конгрессвумен Марджори Трейтор Грин за наем и укрывательство нелегала Майло Яннопулоса». «Трейтор» («Предатель») – это прозвище Тейлор Грин, распространенное в трампистской среде, где вслед за президентом принято оскорблять оппонентов. Лумер, в отличие от Яннополуса, напоминает персон эпохи модерна – ее легко можно представить себе, например, в числе маккартистов 1950-х годов.
 
Изгнанию Яннопулоса предшествовало совещание в начале августа, на котором группа бывших трампистов обсуждала вопрос о создании собственного движения. Среди участников были Такер Карлсон, бывший директор Национального центра по борьбе с терроризмом Джо Кент (протеже Талси Габбард) и вытесненный Трампом из Палаты представителей конгрессмен Томас Масси. Была там и Тейлор Грин. Выгнать из США американских граждан Трамп не может – а британец Яннопулос с его «порочащими связями» оказался нелегальным мигрантом.
 
Алексей Макаркин 

Отвечая на вопросы журналистов в ходе очередного медиа-брифинга, премьер-министр Армении Никол Пашинян заявил об имеющихся основаниях не считать Россию стратегическим партнером его страны. К экстравагантным комментариям главы армянского кабмина не привыкать. За свою политическую жизнь он сделал немало заявлений, которые противоречили друг другу. Но к его «августовским тезисам» необходимо отнестись с большей серьезностью.
 
Журналистский вопрос возник после презентации программы правительства Армении на 2026-2031 гг. в Национальном собрании республики. Сам этот документ был утвержден на заседании кабмина 20 августа. Еще через 4 дня Пашинян презентовал его в парламенте.  63 голосами «за» при 24 «против» и отсутствии воздержавшихся проект программы был утвержден вновь избранным депутатским корпусом. С этого момента можно говорить о начале реализации программных положений на практике. Воплотятся они или нет- другой вопрос.
 
Как бы то ни было, говоря словами одного из советских лидеров, «цели ясны, задачи определены». Документ зафиксировал не только позиции по всем ключевым вопросам внутри-и внешнеполитической повестки страны, но и по сути сформулировала масштабную перезагрузку армянского национально-государственного проекта. Неслучайно, через 3 дня после презентации в парламенте Пашиняна стали забрасывать вопросами на тему, а «что бы это значило».
 
Остановимся только на одном, но крайне важном направлении представленного документа- отношениях Армении и России. В предыдущей программе на 2021-2026 гг. (что важно, подготовленной все той же командой действующего премьера) идет речь о стратегическом союзе. В ней имелся даже соответствующий подраздел. Но сегодня отношения рассматриваются как «трансформирующиеся». Никаких намеков на союзничество! Среди приоритетов названы «регионализация», достижение мирного соглашения с Баку, нормализация с Анкарой и вступление (уже не просто партнерство с ЕС).
 
В этом контексте стоит особо подчеркнуть, что правительственная программа отказывается от всяких претензий на Карабах и говорит о закрытии этой страницы истории. Получается, что, если нет конфликта, союз с Россией более не востребован. У такой точки зрения в сегодняшней Армении есть сторонники не только в правительстве. Но такой взгляд имеет и значительную часть оппонентов. «Европеизация» - далеко не консенсусная позиция в армянском обществе. При этом подача заявки на вступление в ЕС- условие явно недостаточное для переориентации внешней политики страны. Если бы все было так просто, то многие страны Европы, не являющиеся членами Евросоюза или неевропейские симпатизанты евроинтеграции просто заявили бы о своих устремлениях. По справедливому замечанию экономиста Ваге Давтяна, «в энергетике эта неопределенность проявляется особенно остро, поскольку политическая переориентация может опережать создание альтернативной инфраструктуры и механизмов компенсации рисков». И внятного ответа, как двигаться в ЕС, разрубая все годами наработанные интеграционные связи с Россией и ЕАЭС официальный Ереван не дает.
 
Сергей Маркедонов

На территории бывшей ГДР за «Альтернативу для Германии» (АдГ) готовы проголосовать 43% опрошенных институтом Forsa. На втором месте с большим отстаиванием идет Левая партия с 16%. Христианско-демократический союз (ХДС) получает лишь 13%, «Зеленые» и СДПГ - по 9%.
 
В сентябре в Германии пройдут выборы в ландтаги земель Саксония-Ангальт, Мекленбург-Передняя Померания и в Берлине. Последний опрос Saxony-Anhalt Trend от 25 августа фиксирует 42% у АдГ в Саксонии-Ангальт. В Мекленбурге-Передней Померании у АдГ 36%, в существенно более либеральном Берлине (западная часть которого не входила в состав ГДР) лидируют «Левые» (22%), а АдГ и ХДС делят второе место (по 18%).
 
Самый простой ответ на вопрос о причинах стремительного роста поддержки АдГ – ностальгия по ГДР. Но этот ответ не объясняет того, почему всплеск ностальгии произошел именно сейчас и выразился в голосовании за крайне правых, а не левых, за которых ностальгирующий (и куда меньший по численности) электорат голосовал в первые десятилетия после воссоздания объединенной Германии.
 
Можно сослаться на миграционный кризис как триггер роста популярности АдГ. Но мигрантов в восточных землях существенно меньше, чем в западных. По данным 2019 года (разгар миграционного кризиса), доля иностранцев в населении восточных земель составляла 5-5,4%, тогда как в Баварии, например, 14,6%, а в Бремене – почти 20%). И спад миграционного кризиса сопровождается ростом поддержки АдГ.
 
В 2023 году опрос Института Эльзы Френкель-Брунсвик показал, что две трети населения пяти новых федеральных земель и восточной части Берлина желали бы вернуться назад в ГДР, хотя лишь около трети считали себя проигравшими от объединения Германии. 51,2% в той или иной степени соглашались с тем, что «Германии сейчас нужна сильная партия, воплощающая национальные интересы». 30,7% восточных немцев полностью или частично были согласны с утверждением о том, что «с точки зрения национальных интересов диктатура является лучшей формой правления при определенных обстоятельствах». С тем, что «нам нужен лидер, который правит Германией сильной рукой на благо всех», частично или полностью согласны 33,1% опрошенных.
 
«Немцы на самом деле превосходят другие народы по своей природе», - с этим тезисом согласны, по крайней мере частично, 31,6%. Более того, 28,1% восточных немцев полностью или частично согласны с утверждением о том, что «евреи используют гнусные уловки чаще, чем другие народы, для достижения своих целей», а 21% в той или иной степени разделяют утверждение о том, что они «считали бы нацистского диктатора Адольфа Гитлера великим государственным деятелем», если бы он на определенном этапе не допустил ошибок и не потерпел бы из-за них поражение.
 
На востоке и западе Германии во второй половине ХХ века были испробованы два разных пути избавления от нацизма. На западе путь был сложным и противоречивым, включавшим в себя как сохранение старой деловой элиты и немалой части чиновничества (многие лица, замешанные в военных преступлениях, так и не предстали перед судом), так и целый ряд мер, благодаря которым происходила дискредитация авторитарных ценностей. Среди них «экономическое чудо» (которое оказалось возможным при демократии), продвижение современной культуры как альтернативу имперскому стилю, идеологический плюрализм. Все это далеко не сразу, но дало результаты.
 
На востоке антинацизм был куда более радикальным, но, как выяснилось, и более поверхностным – тем более, что демократическим ценностям в ГДР не учили, несмотря на название страны. Когда стало уходить поколение, для которого объединение Германии имело массу очевидных плюсов (от воссоединения семей до повышения жизненного уровня), то не только усилились обида от второстепенной роли «осси» в разных сферах жизни единой страны и ностальгия по «Трабантам» и «Вартбургам». Но и вышли на поверхность имперские чувства, которые скрывались под оболочкой «первого в мире государства рабочих и крестьян на немецкой земле» и передавались в семейном кругу. А они куда более устойчивы, чем официальная пропаганда.
 
Алексей Макаркин 

Сегодня громкими резонансными уголовными делами в Армении никого не удивишь. Обвинения оппозиционных политиков, а также их близких родственников в коррупции и нарушении избирательного законодательства множатся день ото дня. Пока в республике шла кампания по выборам в Национальное собрание (главные выборы пятилетнего политического цикла) многие комментаторы предполагали, что этот девятый вал атак со стороны правоохранительных структур сойдет на нет после подведения итогов выборов. В случае, если правящая партия «Гражданский договор» одержит победу.
 
Победа одержана, однопартийный кабмин сформирован, но жесткий прессинг на оппозиционеров продолжается. Но два дела, открытых 25 августа, выглядят на общем фоне особняком.
 
Служба национальной безопасности Армении задержала второго президента страны и лидера оппозиционного блока «Армения» Роберта Кочаряна и его старшего сына Седрака. Его преемнику, третьему президенту республики Сержу Саргсяну после завершения допроса в Антикоррупционном комитете было предъявлено обвинение в злоупотреблении должностными полномочиями. Между тем, эти два лидера руководили Арменией на протяжении двадцати лет. Сама постсоветская Армения существует 35 лет (21 сентября как раз будет отмечаться этот юбилей).
 
Но настроения в армянском политикуме далеко не праздничные. Фактически проводится процесс гомогенизации общественно-политического пространства республики. Притом, что Армения в былые времена могла дать фору по части конкуренции и транспарентности выборных процедур любой другой стране СНГ. Достаточно сказать, что все постсоветские лидеры Армении сосуществовали и даже конкурировали друг с другом, сохраняя личную свободу и возможность оставаться в большой политике.
 
Уголовные дела против Кочаряна открываются не впервые. Практически сразу же после «бархатной революции» были предприняты меры против него. Но к 2021 году дело «выдохлось». Сейчас «возникли новые эпизоды», в которых трудно не увидеть и политической подоплеки.
 
Какие же политические последствия может иметь актуализация уголовного преследования бывших лидеров Армении? Наиболее серьезное последствие тест на доверие к судебной системе страны. Что возьмет верх, политическая предвзятость или объективность? В первом пока что сильные сомнения! Второе последствие - дальнейшая поляризация армянской политики. Преследование Кочаряна позволяет его лагерю превращать судебный процесс в политический ресурс, тогда как власти могут представлять его как борьбу с безнаказанностью прежней элиты. Хотя борьба с «проклятым прошлым» явно затянулась. Уже нынешние власти руководят страной 8 лет, а впереди у них мандат еще на 5.
 
Третье измерение - внешнеполитическое. Новая программа правительства Армении ориентирована на евроинтеграцию и «трансформацию» отношений с Россией. Даже слов «союзничество» в тексте документа не упоминается. Кочарян же ассоциируется именно с выстраиванием стратегического взаимодействия с Москвой. Удар по нему может восприниматься и как дополнительный шаг к дистанцированию Армении от РФ.
 
Сергей Маркедонов

Выборы на Аляске: технология «двойника».

На выборах сенатора США от штата Аляска действующий сенатор Дэн С. Салливан (республиканец) конкурирует с конгрессвумэн Мэри Пелтолой (демократ от Аляски) и неким Дэном Дж. Салливаном, который называет себя республиканцем. Таким образом в штате используется не обычный спойлер, а куда более редкая технология спойлера-«двойника». Она скандальна, но может быть более эффективной, чем обычное спойлерство, в условиях близости рейтингов реальных конкурентов.

Дэн С. (Дэниэл Скотт) Салливан - сенатор с 2014 года, он баллотируется на третий срок. Недолго проработав адвокатом на Аляске, он в 2002 году переехал в Вашингтон, где занимал различные должности в администрации Джорджа Буша-младшего, в том числе был помощником государственного секретаря по экономическим вопросам. Вернувшись на Аляску, он до избрания сенатором был генеральным прокурором штата и комиссаром департамента природных ресурсов Аляски. То есть он влиятельный представитель политической элиты, хорошо известный в штате.

Но за три дня до крайнего срока подачи документов в качестве кандидата зарегистрировался Дэн Дж. (Дэниел Джеймс) Салливан, бывший сотрудник Лесной службы США и учитель, заявивший о том, что также является республиканцем. Хотя ранее он к политике никакого отношения не имел.

Сенатор Дэн С. Салливан тут же заявил, что это «попытка запутать жителей Аляски» и «грязная политика» со стороны демократов, назвав Дэна Дж. Салливана «фиктивным кандидатом». Дэн Дж. Салливан это отрицал, называя себя «прагматичным республиканским центристом». Разумеется, Демократическая партия заявила, что никакого отношения к инициативному педагогу не имеет.

В аляскинской политике доминируют республиканцы – ими являются и губернатор, и оба сенатора. Так что избирательная комиссия Аляски исключила имя Дэна Дж. Салливана из числа кандидатов. Но история только начиналась, так как педагог-спойлер обжаловал это решение. 29 июня Верховный суд Аляски решил дело в его пользу – и он таким образом был восстановлен в списке кандидатов на предварительных выборах 18 августа.

Тогда избирком сделал все возможное, чтобы отличить Дэна Дж. от Дэна С. Он опубликовал образец избирательного бюллетеня, в котором Дэн Дж. Салливан будет указан как «Салливан, Дэниел Дж.-младший» без указания партийной принадлежности (несмотря на то, что Салливан подал документы как республиканец), а Дэн С. Салливан будет обозначен как действующий сенатор. Ранее избирком не указывал сенаторского статуса, видимо, имея в виду, что человек и там всем известен.

Согласно аляскинскому законодательству, в окончательном бюллетене останутся четыре кандидата, получившие наибольшее число голосов на предварительных выборах. Понятно, что первые два места заняли Пелтола и Дэн С. Салливан, а вот третьим с 2,5% пришел Дэн Дж. Салливан. Так что он станет кандидатом и на ноябрьских выборах.

Дополнительную экзотику кампании добавило то, что Дэн С. Салливан получил поддержку бывшего мэра Анкориджа Дэна А. (Дэниела Альберта) Салливана - также республиканца. Дэн А. Салливан — мэр в третьем поколении, его отец Джордж Мюррей Салливан, также был мэром Анкориджа, а бабушка в 1930-е годы возглавляла небольшой аляскинский город Вальдес. «Как настоящий Дэн Салливан, я призываю жителей Аляски проголосовать за сенатора Дэниела С. Салливана. Он много сделал для Аляски», - заявил бывший мэр Анкориджа, который не является родственником сенатора.

Демократы не побеждали на сенаторских выборах на Аляске с 2008 года, но сейчас у них появился шанс. Рейтинги Пелтолы и Дэна С. Салливана очень близки: агрегатор опросов RealClearPolitics в начале августа давал Пелтоле 48,3%, а Салливану - 46,5%. И голоса, поданные за Дэна Дж. Салливана могут стать решающими. Дональд Трамп уже демонстрирует озабоченность, заявив о Дэне С. Салливане, что «демократы знают, насколько он хорош, и выдвинули самозванца с тем же именем». Ведь ставка в борьбе – не только кресло сенатора от Аляски, но и большинство в Сенате, политически крайне важное для Трампа.

Алексей Макаркин

Иранское государственное агентство IRNA опубликовало интервью бригадного генерала Хосейна Валиванда Замани.
 
IRNA – не просто государственное агентство, а финансируемое правительством и контролируемое министерством культуры и исламской ориентации. То есть оно непосредственно аффилировано с исполнительной властью. В отличие от агентств Fars (рупора Корпуса стражей исламской революции – КСИР) и также близкого к КСИР Mehr, принадлежащего Исламской организации развития, находящейся в непосредственном ведении рахбара.
 
Бригадный генерал Валиванд Замани был начальником командно-штабного университета армии Ирана (DAFOS). Ранее он занимал должность адъютанта президента-реформиста Хасана Рухани. Интервью посвящено шахиду Мусави. Генерал-майор Абдулрахим Мусави с 2017 года был командующим сухопутными войсками Ирана, а в 2025-м был назначен начальником Генерального штаба после убийства его предшественника Мохаммеда Багери в результате израильских ударов по Ирану в июне 2025 года.
 
Генерал Мусави погиб в результате ракетного удара 28 февраля 2026-го – он находился на совещании с рахбаром Али Хаменеи. Отметим, что Мусави хотя и был идеологизированным военным (как и все иранские военачальники), но не служил в КСИР ни во время ирано-иракской войны (когда он был артиллерийским офицером), ни позднее.
 
Заголовок интервью: «Шахид Мусави был убежденным сторонником правительства, и не имело значения, какое правительство находилось у власти». Так что в нем содержатся не только личные воспоминания, но и набор актуальных внутриполитических месседжей.
 
Генерал Валиванд Замани вспоминает, что Мусави был очень заинтересован в оказании помощи президенту Масуду Пезешкиану, что проявлялось как в ходе личных встреч, так и заседаний Высшего совета национальной безопасности (отметим, что на них председательствует президент), а также во время посещения Пезешкианом армейского университета: «Там было объявлено, что мы полностью готовы помочь. Это было не просто обещание мученика Мусави помочь правительству, мы действительно это сделали».
 
По словам генерала, Мусави «не хотел, чтобы военные любыми средствами вмешивались в политическую сферу или в дела правительства. Он считал, что нужно помогать настолько, насколько это возможно. В этом отношении у него были четкие убеждения. Иногда, когда он был командующим сухопутными войсками, его спрашивали, почему армия и военнослужащие не используются в правительстве. Он отвечал, что задачей нашего образования и подготовки является противостояние врагу. Он говорил, что мы получаем образование в офицерских училищах и военных академиях, и это образование может быть не совсем совместимо с управлением государством».
 
Далее генерал характеризует отношение Мусави к политикам: «Поверьте, у него не было никаких партийных или политических предпочтений ни при одном президенте. Он был командующим сухопутными войсками во времена г-на Рухани, покойного президента Раиси и нынешнего президента… Его поведение по отношению к президентам было единообразным… Взгляд шахида Мусави носил общенациональный характер. Он считал, что если он что-то делает, то это должно быть на благо страны и нации». И это не имеет отношения к тому, кто занимает президентский пост.
 
Наконец, генерал не сомневается, что если бы шахид Мусави остался жив, то его точка зрения на нынешние события «никоим образом не была бы политической или партийной».
 
Похоже, что гражданские лидеры Ирана с помощью близкого к ним военачальника апеллируют к авторитету погибшего генерала, чтобы объяснить, что политическими вопросами должны заниматься политики, а не военные. А задача военных – лояльно помогать любому президенту, вне зависимости от его взглядов.
 
Понятно, что эти месседжи направлены против политических амбиций КСИР, влияние которого в последнее время существенно превосходит возможности гражданских политиков. КСИР выступает за продолжение вооруженного противостояния с США, тогда как гражданские хотели бы свернуть конфронтацию, чтобы спасти экономику. И само появление интервью свидетельствует об уровне напряженности в иранской элите.
 
Алексей Макаркин 

23-24 августа состоялся государственный визит президента Азербайджана Ильхама Алиева в Узбекистан. Насыщенная повестка, знаковые заявления, рассчитанные на широкую аудиторию не только двух конкретных стран, но и за их пределами. Объявлена ближайшая цель - довести двусторонний товарооборот до $1 млрд. Высокий гость специально поблагодарил официальный Ташкент за помощь в восстановлении Карабаха.
 
Но если отойти от высокопарных слов и посмотреть на содержательную часть, то следует признать, что августовский госвизит Алиева - это не просто очередной двусторонний саммит. Он закрепляет формирование более тесной связки между Центральной Азией и Южным Кавказом, в которой Ташкент и Баку претендуют на роль ключевых опор.
 
Первый и наиболее заметный итог алиевского визита - дальнейшее политико-правовое закрепление стратегической кооперации. В 2024 году Азербайджан и Узбекистан уже подписали Договор о союзнических отношениях. Нынешний визит поднимает символическую планку еще выше. 23 августа Ильхам Алиев и Шавкат Мирзиёев подписали Договор о вечной дружбе. Согласно опубликованному тексту, отношения строятся на взаимном доверии, стратегическом партнерстве и союзничестве; стороны, в частности, обязуются не участвовать в объединениях, наносящих ущерб суверенитету и безопасности друг друга, и не допускать использования своей территории третьими странами против партнера.
 
Политически это существенно, хотя договор не следует автоматически трактовать как классический военно-оборонительный союз с обязательством вступать в войну на стороне партнера. Скорее речь идет о долгосрочной фиксации стратегической лояльности и взаимной поддержки.
 
Второй результат - институционализация отношений. Только за последние пять лет состоялось 15 взаимных контактов и визитов на высшем уровне; нынешнее заседание Высшего межгосударственного совета уже третье. Это означает переход от отношений, во многом опирающихся на личное доверие Алиева и Мирзиёева, к постоянно работающим государственным механизмам, привязанным не только к конкретным личностям.
 
Третий важный аспект – транспорт и логистика. Азербайджан становится для Узбекистана естественным выходом через Каспий и Южный Кавказ к Турции и европейским рынкам.
 
Таким образом, значение визита выходит за рамки отношений Баку–Ташкент. Говорить о том, что формируется некая геополитическая «ось» пока что преждевременно. Но видно, что Азербайджан семимильными шагами стремится закрепиться внутри центральноазиатской политической и политэкономической архитектуры. Баку все активнее участвует в формате консультативных встреч государств Центральной Азии; сам Алиев характеризует происходящее как фактическую трансформацию прежнего «С5» в «С6». Это весьма существенный сдвиг: Центральная Азия начинает восприниматься не только как пять постсоветских республик, а как более широкое пространство взаимосвязанности через Каспий.
 
Сергей Маркедонов

Ираклий Гарибашвили развернул активную информационную кампанию. На сегодняшний день трудно со всей определенностью сказать, означает ли это его возвращение в грузинскую политику.
 
Гарибашвили на протяжении длительного времени был одной из центральных фигур в правительстве Грузии и в правящей партии страны. К своим 44 годам он имеет в своем CV опыт работы на посту премьер-министра (занимал эту должность дважды в ноябре 2013-декабре 2015 и в феврале 2021-феврале 2024 гг.), министра обороны и полиции. В его активе также позиция председателя партии «Грузинская мечта» (Гарибашвили возглавлял ее в феврале 2024-апреле 2025 гг.).
 
Но после этого карьера политика пошла под откос. Сначала он заявил, что покидает партию и завершает свою политическую карьеру. Дальше в дело вступили правоохранительные структуры. Обыски, обвинения в отмывании денег и коррупционной деятельности. В январе 2026 года экс-премьера и бывшего партийного лидера отправили в ту же самую тюрьму, где отбывает свой срок экс-президент Михаил Саакашвили. Нельзя не увидеть, что «дело Гарибашвили» - не точечная зачистка среди высокопоставленных грузинских чиновников. Свои приговоры получили также влиятельные «силовики» бывший министр обороны Джуаншер Бурчуладзе и экс-глава Службы госбезопасности Григол Лилуашвили. После выборов-2024 не только оппозиция попала под прессинг. Говоря словами «великого кормчего», власть и правоохранительные структуры Грузии нанесли удары «по штабам».
 
И если на первом этапе Гарибашвили вел себя «конструктивно», с точки зрения, властей (заключил соглашение о признании своей вины с Генпрокуратурой), то в августе 2026 года все поменялось. Сначала экс-премьер заявил, что вся антикоррупционная кампания против него фактически была направлена на выдавливание бывшего главы кабмина из политики. Дальше больше. Он признался, что его вынуждают начать борьбу и пообещал «зеркальный ответ» на действия властей.
 
Что же мы видим? Преображение Гарибашвили-лоялиста в оппозиционера? Пока что четких ответов на эти вопросы нет. Постсоветская Грузия знает немало примеров, когда обитатели политического Олимпа республики, затем становились обличителями власти и фигурантами уголовных дел. Вспомним хотя бы экс-премьера и бывшего главу МВД Георгия Гахарию!
 
На нынешний момент с уверенностью можно констатировать: личная информационная война экс-премьера с руководством «Грузинской мечты» уже началось. Гарибашвили публично обвинил бывших соратников в провокации, давлении и политической расправе. Для власти это неприятно именно потому, что все выпады против правительства и правящей партии сделал не непримиримый оппозиционер вроде Саакашвили, а человек, который был одним из ближайших соратников Бидзины Иванишвили. При этом за письмами Ираклия Тариеловича видится предупреждение бывшим соратникам, а не некая предвыборная программа. Но если дело пойдет дальше, а «красные линии», как сказал Гарибашвили будет снова и снова пересекаться, не исключено, что Грузия получил нового оппозиционера- выходца из правительственных кругов.
 
Сергей Маркедонов

Три мифа ГКЧП
 
Вокруг ГКЧП очень быстро появилась масса мифов. Вначале они были частью стратегии защиты членов комитета, оказавшихся в следственном изоляторе. Но довольно быстро превратились в средство наступления на противников ГКЧП, которое оказалось тем более успешным, чем больше было сильнейшее разочарование в реформах и реформаторах, а затем и фрустрация от осознания того, что распад СССР – это всерьез.
 
Итак, первый миф – это «самоизоляция» Горбачева в Форосе. Горбачев в его рамках предстает чуть ли не как сообщник членов ГКЧП, выжидавший в своей резиденции, чем кончится дело. Но тогда совершенно неясно, зачем Горбачеву отключили связь и сменили начальника охраны. Было ясно, что в случае возвращения к своим обязанностям он этого не простит.
 
Покинуть Форос Горбачев не мог, так как не имел возможности приказывать собственной охране. И не только потому, что она подчинялась не президенту, а председателю КГБ (это было пересмотрено сразу после подавления путча), но и в связи с падением своего авторитета, что не могло не повлиять и на отношение к нему охраны. Рассчитывать на то, что она поддержит президента, не приходилось. Более того, еще вчера казавшиеся надежными охранники стали вызывать страх из-за понимания того, что они могут выполнить любой приказ, поступивший из Москвы. Только что Горбачев контролировал ситуацию – теперь он не мог обеспечить собственную безопасность.
 
Второй миф – путч не был путчем, так как члены ГКЧП и без того занимали высшие посты в стране и обладали значительной властью. Но эта власть в августе 1991 года носила эфемерный характер, так как 29 июля Горбачев, Ельцин и Назарбаев договорились о том, что четверо из шести высших госслужащих, вошедших затем в состав ГКЧП, в ближайшем будущем утратят свои посты. Назарбаев должен был сменить Павлова; также были предусмотрены отставки всех силовых министров – Язова, Пуго и Крючкова.
 
Причем дело было не только и даже не столько в личных судьбах будущих членов ГКЧП (отставка Язова, например, планировалась), сколько в концептуальном подходе. Их преемниками не могли быть единомышленники – Язов, например, готовил на пост министра Ачалова, но было невероятно, чтобы Ельцин и Назарбаев согласились бы с таким кандидатом. Новые министры должны были поддержать согласованный тремя лидерами переход к «мягкой» федерации, которая скорее бы напоминала бы конфедерацию. Для гэкачепистов это было полностью неприемлемо.
 
Третий миф связан с драматическими событиями ночи с 20 на 21 августа. Колонна БМП, действительно, не штурмовала в тот момент Белый дом, а занималась патрулированием города. В обыденном сознании слово «патруль» связано с перемещением по установленному маршруту с целью охраны правопорядка. Но возникает вопрос о том, каковы были характер и задачи этого патрулирования. В письменном приказе прямо предписывалось выставить 11 комендантских постов по Садовому кольцу от площади Маяковского до Смоленской площади. То есть речь шла о занятии позиций на подступах к Белому дому.
 
На деле это была подготовительная стадия операции «Гром» - об этой операции пишет в своих мемуарах генерал Варенников (хотя и называет действия военных «патрулированием», не уточняя подробностей). Ведущую роль в операции была отведена подразделениям МВД и «Альфа». Начало было назначено на 4 утра. Другое дело, что военные не были морально готовы к возможному сопротивлению на этом этапе (ведь речь шла о подготовке, а не о штурме) и гибели людей и не получали указаний, что делать в этом случае. Свою роль сыграло и отсутствие у гэкачепистов единого сильного лидера, чьи распоряжения были бы обязательны для всех – Янаев на эту роль явно не годился.
 
В этих условиях подготовка к штурму Белого дома была сорвана его защитниками на ранней стадии (около полуночи – за несколько часов до начала «Грома»), а продолжать военные не хотели, так как понимали, что именно их сделают ответственными за все случившееся. Это решающим образом повлияло на решение Язова и Крючкова отложить операцию, а еще через несколько часов - и на приказ Язова вывести войска из Москвы.
 
Алексей Макаркин 

Известный грузинский политик и общественный деятель Николоз (Ника) Гварамия под занавес летних отпусков взорвал медиапространство своей страны. В интервью телекомпании «Formula» Гварамия заявил о том, что его стране необходимо преодолеть абхазскую «травму». И по-новому взглянуть на старую проблему. Интерес к выступлению оппозиционного политика был подогрет несколькими обстоятельствами. Во-первых, фактами личной биографии. Гварамия родился в 1976 году в Сухуми, тогдашней Абхазской АССР в составе ГССР. В результате конфликта он и его близкие покинули бывшую автономию. В интервью Гварамия сетовал на то, что он уже бОльшую часть своей жизни прожил в Тбилиси, а не на своей малой родине.
 
Во-вторых, Гварамия обратился к политическому опыту Никола Пашиняна. И привел деятельность премьера соседней страны в пример своим соотечественникам. По мнению Гварамии, Пашинян смог пойти по пути преодоления национальных травм и выбрал «свободную Армению» вместо карабахского величия. В-третьих, недавнее обсуждение «бензиновой проблемы» и серия блэкаутов актуализировали абхазскую тему. Как лучше эксплуатировать Ингури ГЭС, допустимо ли поставлять бензин «сепаратистам», хотя формально Тбилиси считает их собственными гражданами. Интересно, что даже премьер Ираклий Кобахидзе посетовал, что грузинское топливо ушло в Абхазию для покрытия дефицита, возникшего там, но это- дело бизнеса, а не властей.
 
Критики обвинили Гварамию в капитулянтстве. И поэтому политик вынужден был даже делать определенные разъяснения по поводу того, что не считает Карабах калькой Абхазии, а сослался на пашиняновский опыт как успешный пример выхода из-под влияния Москвы. Если посмотреть на выступление политика внимательно, что его основная мысль - не радикальный отказ от восстановления грузинской территориальной целостности.  С его точки зрения, нужно преодолеть именно травматическое восприятие войны, но не забывать Абхазию. Он считает, что военный путь неприемлем, а возвращение Абхазии должно происходить за счет того, чтобы сама Грузия стала для абхазов более привлекательной - через вступление в ЕС, экономическое развитие, западные гарантии безопасности, развитие порта Анаклия и включение региона в крупные торговые маршруты. Тема не новая! Даже Михаил Саакашвили, прямо ответственный за эскалацию двух этнополитических конфликтов на Кавказе, неоднократно прибегал к этой риторике. Увы, при урегулировании противостояний непросто конвертировать риторику п в практику.
 
Впрочем, выступление Гварамии интересно еще не только потому, что он произнес, но и что предпочел не говорить. Преодоление травм на югоосетинском направлении пока что не стало темой рефлексий этого политика. В грузинской политической традиции уже давно повелось: абхазская тема воспринимается, как нечто серьезное, стратегически важное, а югоосетинский вопрос выглядит, как то, что легко решаемо. Хотя, казалось бы, практика 1990-х -2000-х, включая и опыт «пятидневной войны» должны была доказать обратное.
 
Сергей Маркедонов

ГКЧП и советская элита. Часть 3. Тайны Крючкова.

В нынешнем году, незадолго до 35-летия путча ГКЧП, вышла в свет повесть Алексея Егорова «Последний год КГБ. Операция «Ламбада»». В 1991 году помощник первого зампреда КГБ генерала Виктора Грушко полковник Егоров вместе с замначальника ПГУ КГБ генерал-майором Владимиром Жижиным готовили документы ГКЧП, затем к ним присоединился командующий ВДВ генерал Павел Грачев. Сейчас из всех троих жив только Егоров – тем более интересна его книга.

Жанр произведения обозначен как «детективная повесть, основанная на реальных событиях». Главный герой повести – некто Алексей Ефимов, помощник генерала Грушко. Посвящается повесть «удивительному человеку и патриоту Владимиру Александровичу Крючкову». Автор оговаривает, что «многие обстоятельства и имена участников событий не соответствуют действительности», но особо отмечает, что глава о Крючкове носит «в значительной степени документальный характер» и содержит информацию, «которая ранее не предавалась гласности».

Самая интересная, пожалуй, новость – что еще в 1990 году Крючков провел с конфиденциальный разговор с премьером Николаем Рыжковым и предложил ему «поддержку КГБ, Минобороны и вообще сторонников сохранения Советского Союза в случае, если он согласится возглавить страну». При этом Крючков отметил, что Горбачев собирается уволить Рыжкова, сославшись на разговор с президентом. Сместить Горбачева и избрать Рыжкова предполагалось «легитимно» на Съезде народных депутатов СССР.

Выслушав предложение Крючкова, Рыжков «заволновался, несколько растерялся и заявил, что не верит председателю КГБ и считает это провокацией, организованной по поручению Горбачева. Объяснения и уговоры Крючкова результата не дали». Из этого рассказа следует, что планы смещения первого и последнего советского президента не были обусловлены подписанием нового Союзного договора, намеченным на 20 августа 1991 года. Отстранить Горбачева, по крайней мере, Крючков планировал еще примерно за год до этого. И, видимо, имел основания рассчитывать на поддержку Минобороны во главе с Дмитрием Язовым.

Назначение Валентина Павлова на пост премьер-министра СССР автор также связывает с влиянием Крючкова – равно как и отставку Вадима Бакатина с должности министра внутренних дел СССР. Из текста повести следует, что именно Крючков играл ключевую роль в кадровой политике Горбачева в последний период существования СССР. Но делал это не для укрепления позиций президента, а для организации его смещения.

Следующую попытку отстранения Горбачева от власти автор относит к весне 1991-го. В апреле президент США совершил визит в Японию – и перед этим Крючков вел новые конфиденциальные переговоры – на этот раз с Анатолием Лукьяновым – о «легитимном отстранении Горбачева от власти» во время поездки. По данным Егорова, Лукьянов сначала согласился, но затем отказался, хотя Горбачева в известность не поставил.

О встрече Крючкова с Борисом Ельциным в начале августа 1991-го, во время которой российскому президенту было предложено стать союзным (Ельцин отказался), было известно еще до книги Егорова. А вот история про то, как Крючков привлекал на свою сторону начальника девятого управления КГБ генерала Юрия Плеханова для изоляции Горбачева в Форосе, кажется, нигде не публиковалась. Егоров рассказывает, что Крючков, видимо, уже в августе 1991-го, вызвал Плеханова к себе в кабинет и после двадцатиминутной беседы тот согласился со словами «Давно пора его убрать! Я этого козла (Горбачева) готов лично придушить». Автор, кстати, пишет, что на совещаниях с Крючковым поднимался вопрос о физическом устранении Горбачева, но председатель КГБ не согласился.

Так что никакой «самоизоляции» Горбачева в Форосе не было – все было серьезно. Равно как серьезными были и другие планы – арестов «агентов влияния ЦРУ, занимавших видные должности в политических, общественных и научных кругах СССР», о чем также пишет автор. Неудачу же путча автор связывает с микроинсультом у жены Крючкова рано утром 19 августа, после чего воля председателя КГБ «как будто была парализована».

Алексей Макаркин