🇦🇲Во что Казахстану встанет армянский разворот?

Заявления премьера Армении Никола Пашиняна о начале пути в ЕС и желании покинуть ЕАЭС и ОДКБ (а точнее, быть изгнанным) активно обсуждали и в Казахстане.

Оценки такому демаршу Еревана можно давать самые разные, но неплохо бы прикинуть, а что будет при таком сценарии с армянско-казахстанскими связями.

💰Экономика и торговля

Тут на самом деле потери могут оказаться не такими уж и фатальными. Товарооборот между странами скромный, зато наработаны таможенные механизмы в рамках ЕАЭС. И вот их разрыв как раз самое неприятное.

В таком случае не будет простого декларирования, увеличатся проверки происхождения товаров, могут вырасти пошлины и размер кипы документов, необходимой к сдаче. Одним словом, из «зеленой зоны» территория Армении станет для поставщиков из Казахстана менее приветливой.

🤔А есть ли запасные варианты?

На самом деле да. И базой для них станут двусторонние соглашения, подписанные между странами в прежние годы. Тут и соглашения о свободной торговле от 1999 г., и о воздушном, а также автомобильном сообщении. Есть и договоренности в области поставок нефтепродуктов.

Фактически, работа по сближению стран вне рамок ЕАЭС идет давно, а сейчас с подачи лично Токаева и Пашиняна становится активнее.

🪖А что с ОДКБ?

В военной сфере тоже есть наработки на двустороннем уровне. Наглядным примером служит недавнее соглашение о сотрудничестве военных разведок двух стран. Тогда же была достигнута договоренность не копать друг против друга и делиться полезной информацией.

🏁Что в итоге:

В Казахстане продолжат взаимодействовать с армянскими властями даже в случае разминки по разным интеграционным дорожкам. Однако это вовсе не значит, что отношения станут проще, а экономические связи крепче.

Скорее всего, будет как раз-таки наоборот. Но какая-никакая «подушка безопасности» уже есть.

Меньше про Назарбаева и чуть больше про защиту соотечественников.

На днях президент Токаев внес изменения в концепцию внешней политики на 2020–2030 годы. Но помимо атрибутов, связанных чисто с дипломатией, правки показывают, как нынешнее правительство определяет курс страны вообще.

В первую очередь были убраны все упоминания про Назарбаева, что связано с приведением документа в соответствие с законодательством. Видимо, теперь небывалый успех на международной арене почти гарантирован.

В деталях это выглядит так:

Назарбаев больше не выступает с предложениями по важнейшим внешнеполитическим вопросам (чего и так нет).

Преемственность дипломатическому курсу теперь не завязана на личности экс–Елбасы, хотя прежние подходы в целом остаются неизменными.

Исключается упоминание созданных под эгидой бывшего президента диалоговых площадок (Астанинский экономический форум, Евразийский Медиа Форум и «Astana Club»). Единственной платформой остается Astana International Forum за авторством Токаева.

🌐Но поскольку документ все-таки про внешнюю политику, пришлось отвлечься и на нее. Среди новшеств — декларация защиты прав казахстанцев (в том числе усыновленных иностранцами детей) и их бизнеса за пределами страны.

Насколько это будет эффективно реализовано на практике — вопрос, учитывая, что с тем же Китаем у нас годами не выходит договориться об экстрадиции граждан, осужденных там на длительные сроки.

Зато есть и то, на что в Астане повлиять могут: например, на «негативное внешнее информационное воздействие». Одновременно планируется повышать компетенции общества и его информированность в вопросах проводимой властями внешней политики.

В целом, внедренные поправки говорят не про то, «как теперь будет», а про то, «как оно на самом деле». Основным принципом концепции остается многовекторность (2.0), хотя она до известной степени несет «оборонительный» характер.

Ну и главное, что стоит помнить — документ пишется для зарубежья, а его главная задача — показать официальную позицию государства. Реальность же заставляет принимать множество ситуативных решений из-за постоянно меняющихся условий.

А это едва ли возможно (да и нужно ли?) поместить в какую-то одну универсальную формулу.

Чем ближе выборы в Курултай, тем больше разговоров о том, куда движется Казахстан и какое его место в мире. Одной из тем стала «среднедержавность» Казахстана, которая вот уже наступила, ознаменовав тем самым переход страны в «новую лигу».

При этом за скобками остались критерии, по которым стало понятно, что держава средняя, а не какая-то другая. В поисках ответов применительно к Казахстану первыми на глаза попадаются работы британского think-tank Henry Jackson Society и Harvard Kennedy School.

И в обоих общим критерием названо превращение Казахстана в «транзитный хаб» между Азией и Европой. И вот тут-то начинается самое интересное.

Во-первых, авторство упомянутой статьи в Гарварде под названием «Казахстан: Восходящая средняя держава в самом сердце Евразии» принадлежит нашей соотечественнице Наргис Касеновой. Т. е. буквально казахстанка легализовала взгляд на страну как на находящуюся между малыми державами и сверхдержавами.

Разумеется, основной акцент был сделан на расположении Казахстана на новых путях из Китая на Запад. Схожий нарратив озвучили и в работе HJS «Стратегическое значение Казахстана: Партнер среднего уровня для Великобритании».

При этом надо оговориться о той роли, которую играет HJS как think-tank, близкий к политическим кругам Британии, ориентированным на жесткую внешнеполитическую линию в адрес России. HJS почти прямо заявляют, что занимаются лоббированием повестки по «вытеснению влияния» Кремля отовсюду, где можно.

Таким образом, именно санкции и диверсификация главного сухопутного маршрута через Россию из Китая в Европу открыли «историческое окно возможностей» для Казахстана утвердиться в более высокой роли. И проблема в том, что это преимущество можно утратить, если сухопутные пути через север станут дешевле, а логистика — проще.

🚩Срединный коридор, конечно, никуда не денется, но что, если вместо основного он останется резервным? И у этого сценария уже просматриваются предпосылки в виде гораздо более конкурентного маршрута, чем даже российский сухопутный. Речь о Северном морском пути вдоль арктического побережья.

🔔Первые звоночки уже дали о себе знать на прошлой неделе, когда были запущены регулярные арктические контейнерные рейсы из Китая в Европу:

«Росатом» выдал разрешение китайской судоходной компании Sealegend Shipping (SLG) на проход семи судов по Северному морскому пути (СМП), заявил гендиректор госкорпорации Алексей Лихачев изданию «Страна Росатом». Он подтвердил планы Sealegend Shipping запустить первый регулярный маршрут в Европу.

🌏Потенциал маршрута позволяет почти вдвое быстрее пройти из Азии в Европу, не опасаться пиратов, хуситов и пробок на всяких узких Малаккских проливах. А это уже заявка на связность глобального, а не регионального масштаба, в тени которой транскаспийский путь с его перевалками рискует стать «запасным».

🧑🏿‍💻Что не так со взломом eGov?

Пока в правительстве рапортовали об успехах интеграции ИИ в экосистему госуслуг, прилетел неприятный кейс из темных закромов мировой сети. В даркнете на продажу была выставлена якобы актуальная база персональных данных 15 млн граждан Казахстана.

Файл размером в 2,7 ГБ согласился продать за 0,5 биткойна пользователь под ником shymzz13. Согласно описанию, информация получена в результате обхода уязвимостей архитектуры eGov. Позднее в Минцифры не подтвердили факт взлома.

Сомнения вызвал и формат «скомпрометированных» данных, которые представлены в виде сканов документов. Базы eGov хранят документы в их цифровой версии, которую каждый казахстанец может вытащить в пару нажатий из раздела «Госуслуги».

Кроме того, если утечка действительно была (и это не просто компиляция старых данных), то произошла она с высокой вероятностью внутри системы, а не извне. Так или иначе, сообщение о хакерской атаке интересно ложится на контекст идущих в стране реформ и связанных с этим назначений.

Особенно занятно на этом фоне звучат слухи из Астаны о возможном назначении на пост премьер-министра нынешнего главы Министерства ИИ Жаслана Мадиева. Ведь бреши в защите eGov (даже мнимые) — это камень в его огород.

А тут еще и нынешний глава правительства Олжас Бектенов поручил ему экстренно закончить план развития цифровизации Казахстана. Одним словом, забот у вице-министра на ближайшее время прибавилось.

Криптоны от МФЦА расширяют бизнес Вячеслава Кима

Авторы первого в Казахстане лицензированного криптообменника Pax Finance объявили о новой коллаборации с приложением Alatau City Bank.

Такое финтех-партнерство в перспективе наделяет экосистему холдинга United Group Alatau ролью проводника в «цифровом переходе», который продвигают в Астане. Как тут не вспомнить про планы превратить будущий Alatau City в казахстанский крипторай?

К тому же единственный акционер United Group Alatau Вячеслав Ким счастливым образом входит в управляющий совет «города будущего». Всё это в теории даст рост и новоявленной Pax Finance, которая получит ещё больше заказов в рамках «цифрового Эльдорадо», возведённого в ранг нацпроекта.

Немного о руководителях этой инициативы:

▪️Арман Батаев — финансовый консультант, аудитор. Он является управляющим партнёром OD Consulting, основателем Telegram-канала Finmentorkz и автором Forbes Kazakhstan.

▪️Азат Бекмагамбетов — бизнесмен из криптоиндустрии, был сооснователем Paxaro Labs и криптокошелька PaxWallet.

▪️Орынгуль Есжанова — предприниматель из Атырау, связанная с нефтесервисной промышленностью. На официальном сайте компании Novus Sealing Caspian Есжанова числится учредителем. Работала с крупными операторами Каспийского региона.

Даже беглого взгляда на карьерные пути достаточно, чтобы понять, из чего растёт цифровое будущее Казахстана: это нефтянка и финансы.

При этом очевидно, что стремление Астаны направлять частный сектор в открытом плавании развивающейся digital-индустрии означает и рост преференций новой/старой технологической элиты.

Коллеги отметили опыт российско-кыргызского образовательного сотрудничества. В частности, речь идет о Кыргызско-Российском Славянском университете в Бишкеке, где прошел самый масштабный за 33 года выпускной на стадионе «Жаштык Арена».

У нас в последнее время принято ругать традицию выпускных, которая часто вырождается в банальный парад позерства (с дорогими автомобилями, застольями и т. д.). Вот только пользы от этого никакой, а сам момент выхода человека в профессиональный мир теряет должный символизм.

И в этом смысле пример КРСУ показателен. Важно, чтобы будущие специалисты чувствовали, что их профессия нужна. Для этого и проводятся такие мероприятия — с концертами известных звезд и напутствием со стороны госслужащих.

Все это дает будущим выпускникам больше уверенности и формирует позитивное отношение к началу профессионального пути.

К слову, может, и правда здорово было бы филиалам российских вузов организовать что-то подобное и у нас?

🇺🇦🇰🇿Дружба с фигой в кармане

Занимательное интервью exclusive записали с послом Украины Виктором Майко. В нём достаточно красноречиво был описан механизм введения вторичных санкций.

И согласно озвученной логике для Казахстана ситуация очень неоднозначная. Так, по словам Майко, между Киевом и партнёрами из ЕС, США и Великобритании согласован «мультипликативный» подход к введению вторичных санкций.

Буквально это значит: если
Украина вводит против какой-то организации санкции, их синхронно могут ввести и в западных столицах. А раз так, важно уточнить: а вводили ли уже украинцы санкции против Казахстана? Да, вводили.

▪️Так, с 2023 года «подсанкционной организацией» на Украине числится Степногорский подшипниковый завод. Попал он туда за экспорт своей продукции в Россию. При этом завод выпускает именно что свою номенклатуру и с параллельным импортом никак не связан.

▪️Просто в Киеве посчитали, что у Казахстана нет суверенного права на выбор рынков сбыта. Хотя причина может быть и в том, что казахстанские подшипники встали украинцам поперёк горла ещё задолго до 2022 года, а санкции лишь стали поводом с ними расправиться.

▪️Ещё одной компанией, против которой в правительстве Зеленского ввели санкции, стало АО «Тыныс», входящее в структуру Национальной компании «Казахстан инжиниринг», 100% акций которой принадлежит МИИР РК и которая осуществляет поставки в рамках гособоронзаказа России.

▪️Т.е. опять речь идёт об ударе по высокотехнологичному экспорту Казахстана, который у нас вообще-то развивают, чтобы уйти от сырьевой модели. И при этом Майко на голубом глазу нам рассказывает, как в Киеве радеют за нашу модернизацию.

▪️Исходя из логики посла Украины, не ровен час, как западные компании встанут не с той ноги и «синхронизируют» такие санкции. Но дальше будет ещё интереснее.

▪️Так, Майко говорит, что есть некое «неписаное» нигде правило, согласно которому страна, чьи предприятия были «уличены» в связях с Россией, даже после окончания боевых действий может попасть в чёрный список и лишиться доступа к деньгам западных банков и фондов.

Уловили месседж? Это всё к чему: если верить украинскому послу, по всем «скрытым» протоколам против Казахстана могут ввести санкции вообще в любое время. И не важно, будет это связано с боевыми действиями на Донбассе или это будет происходить, когда конфликт завершён.

Ну и да, на этом фоне Майко всё грезит получить доступ к портовым терминалам Актау (или, как любят вспоминать в Киеве, — Шевченко) на Каспии. Пожалуй, стоит поделиться инфраструктурой с друзьями?

«Там, куда мы отправляемся, дороги не нужны»
(из книжной трилогии «Назад в будущее»).

Все чаще можно услышать термин «экономика малых высот», о котором с новой силой заговорили после запуска тестов аэротакси в «городе будущего» Alatau city.

🕰️Вообще идея о том, что в будущем города станут пространством для летающего транспорта, начала зарождаться на основе фантастического фильма Фрица Ланга «Метрополис» 1927 года. Там впервые было описано многоуровневое движение на летающих машинах.

🏙️Тогда и сформировался образ вертикально организованного города, разделенного по уровням. Кстати, современная идея «малых высот» позаимствовала оттуда взгляд на верхний городской уровень (крыши зданий, взлетные площадки) как на пространство для дополнительного движения.

🤔Однако в романах и фильмах никак не проговаривались такие «мелочи», как энергетическая база для летающих авто (воздушные АЗС???), безопасность и плотность воздушного потока, комфорт и отсутствие шума для окружающих людей.

🛩️Сейчас в передовых странах, где развивается идея «малых высот» (в первую очередь Китай), эти моменты только начинают осмыслять. Это вылилось в концепцию управления беспилотным транспортом UTM (Unmanned Traffic Management).

⛔️То есть пока человек вообще выключен из процесса низковысотной логистики, и все крутится вокруг дронов и беспилотников. Это банально опасно, ведь эффективно организовать массовое движение по воздуху диспетчер не сможет, и нужен ИИ, которому не стоит полностью отдавать на откуп человеческую жизнь.

🚥Концепция предполагает «закрытые» для полетов зоны (аэропорты, военные части, зоны ЧС) и те, на которых уже выстроена система графика и координат. Чтобы понять, на каком сейчас уровне находится Казахстан, достаточно сказать, что у нас только внедряется система слежения камер «Smart City».

🧠При этом надо понимать, что вся эта автоматизация такого сложного и многоуровневого движения потребует колоссальных вычислительных затрат. С учетом того, что в Казахстане Долину ЦОДов строят в Экибастузе, они, в теории, есть. Однако масштабирование такой логистики обойдется явно недешево.

🫰Кстати о монетизации. Ведь раз это «экономика малых высот», значит, она должна и окупать себя. Вообще использование беспилотных систем само по себе уже может сократить затраты (и лишить вас работы) на ряд задач. Кроме того, она подтянет производство батарей, зарядных станций и разработку софта.

📉Все эти нюансы достаточно прямо говорят о том, что развитие экономики «малых высот» — это не human-friendly отрасль, а вполне себе новый рынок, где новые компании будут пытаться «откусить» долю у традиционного бизнеса и занятых в нем людей.

☑️Но для государства это выгодно, ведь это дает новые источники налоговых поступлений из-за развития доселе несуществовавших направлений в экономике.

🇹🇷Кто в ОТГ главный?

Прошедший неформальный саммит в Туркестане показал две вещи: во-первых, у сторон много тем в рамках общей повестки, во-вторых, точки зрения по ним разные. Президент Казахстана говорил о непоколебимом единстве членов Организации тюркских государств, но видно, что чрезмерное педалирование темы милитаризации и засилье турецкой культурной повестки стало его тяготить.

Отдельной темой является то, какие шаги Астана предпримет для выравнивания ситуации. На один из возможных вариантов обратил внимание канал Алдаркосе. Нам же неплохо разобраться, а насколько ОТГ «турецкий»? Каков потенциал притязаний Анкары как центра объединения?

Для того чтобы в этом разобраться, можно посмотреть на размер и перспективы экономики, структуру торговли, силу армии и культурное влияние.

Для начала экономика. Возьмем последний равный период для всех (ВБ, 2024 год). Размер ВВП: Турция — $1.32 трлн, Казахстан — $290 млрд, Узбекистан — $115 млрд, Азербайджан — $78 млрд, Кыргызстан — $17 млрд. Экономика Турции почти в три раза больше всех вместе взятых остальных членов, но её темп роста самый низкий (3,2%) и осложнён бешеной инфляцией в 31,53%, а ближайший «товарищ по несчастью» — Казахстан — 10% инфляции.

Структура торговли тоже разная (что страны производят в избытке). Если в Турции 98% экспорта — это несырьевая продукция, то в Казахстане лишь 26%, в Узбекистане сырья продают лишь 30%, зато объем меньше. В Азербайджане на «нефтяной игле» сидит 85% экономики. Неудивительно, что общий рынок ОТГ — турецкий рынок.

По мощи армии Турция впереди и занимает 9-ю строчку в мире (это слабее, чем у Великобритании и Японии), а ближайший новый лидер Узбекистан до сих пор отстает от Казахстана по техническому оснащению и военному бюджету, но выигрывает за счёт численности личного состава и его концентрации в сухопутных войсках (узбекам нет нужды содержать флот на Каспии).

Но есть ещё и культурное влияние, которое не так просто ранжировать, но навскидку мы возьмём бюджеты и сборы кинофильмов. Тут проще сравнить двух главных лидеров — Турцию и Казахстан. Государственные расходы на казахстанское кино вполне сопоставимы с Турцией ($6,3 млрд против ~$6,2 млрд).

Данные взяты за 2024 год из отчёта Министерства культуры и туризма Турции, а также из аналитической записки Альянса креативных индустрий Казахстана. При этом очевидный успех турецкого кино тянут на себе сериалы, что даёт повод для размышления. Зато отечественный кинематограф — самый продуктивный в своем регионе.

Вывод напрашивается однозначный: Турция способна при желании поглотить регион как в экономическом, так и в культурном плане, что сейчас и происходит. А потому логично заранее определять комфортную дистанцию и контролировать сближение с крупным игроком.

Не можешь победить — возглавь (или договорись).

Казахстанская школа политтехнологов, пожалуй, самая сильная на пространстве СНГ. Кто ещё мог создать такую интригу с отставкой Айбека Дадебая с поста главы АП, в итоге возглавившего партию с сомнительным наполнением из числа её учредителей?

Дадебай объявлен лидером партии «Әділет», что после слов пресс-секретаря президента Айбека Смадиярова о направлении Дадебая на важную «общественно-политическую» работу подтверждает связи политического союза с властями страны.

Всё это — часть единого процесса. Вместе с назначением Романа Скляра на должность главы администрации Токаева в руководстве страны явно настроены в преддверии выборов в парламент отработать так, чтобы купировать все источники внутренних и внешних рисков.

В первую очередь это касается медиасреды. Не зря с начала года были зачищены инфопомойки вроде Airan и проведены «беседы» с главредами КазТАГ и ORDA (с неугомонной Бажкеновой пришлось пойти на крайние меры).

Отдельная работа по линии МИД сейчас ведётся и с внешними силами. С этим, вероятно, связано и примирение с американским «Азаттыком» по вопросу аккредитации. Западным друзьям непрозрачно «намекнули», что в ближайшее время (до августа) жестить не надо.

Что это значит? В ближайшее время критика будет восприниматься острее, а всех, кто не уловил месседж, ждут «весёлые неожиданности». С окончанием формирования новой парламентской (да и вообще) системы мы войдём в «Жана Казахстан» окончательно и бесповоротно.

🇰🇿🎖️Мы привыкли рассматривать Великую Отечественную войну с точки зрения людских потерь, разрушений и общей цены, заплаченной за Победу.

При всём этом эвакуация заводов и фабрик из европейской части Союза в Казахстан заложила базу для будущей индустриализации республики.

В какой-то мере война изменила планы советского правительства по развитию Казахстана, где после её окончания предприятия и остались. Так какова их судьба?

⛴️🏭Судостроительный завод «Зенит» был эвакуирован из Ленинграда в Уральск, где наладили производство противокорабельных торпед. С 1966 по 1991 г. он назывался «Машиностроительным заводом им. Ворошилова».

С 1989 года по 2023 г. директором завода был Вячеслав Валиев. За этот период для ВМС РК было построено более 30 судов, а сам завод оставался единственным в стране. Однако этот, по сути, стратегический объект было решено приватизировать и передать турецкой YDA под лозунгом «технологической модернизации».

🚂🏭Станки луганского завода паровозов были эвакуированы в Алматы осенью 1941 г. Почти сразу было развёрнуто производство снарядов и мин, а уже после войны он был перепрофилирован на нужды горной добычи и нефтепереработки. Продукция предприятия стала востребована в США, Великобритании, Франции, Японии и Германии.

🧵🏫Семипалатинск стал местом эвакуации текстильных фабрик. Здесь были размещены кожевенные заводы, прядильная и швейная фабрики из Украинской ССР, а также кожзавод из Смоленска.

🍫🇰🇿Нельзя забывать и про «родину» шоколадок «Казахстан», которыми у нас так любят хвалиться, — фабрику «Рахат». Она была образована в 1942 году на базе эвакуированных из Москвы фабрик «имени Бабаева» и «Рот Фронта». С 2013 года она стала частью южнокорейской Lotte.

📽️🎞️Ну и отдельно стоит упомянуть эвакуацию «Мосфильма» и «Ленфильма» в Алма-Ату. Объединение киностудий дало дополнительный толчок для развития кинематографа в Казахстане. В годы войны здесь было снято 80% всех художественных фильмов; в том числе здесь работал Сергей Эйзенштейн над «Иваном Грозным».

⭐️Все эти примеры говорят об одном и том же: в годы тяжёлых испытаний народ находил силы не только на смертельную схватку с нацистским зверем, но и на то, чтобы творить, не впадать в уныние и думать о будущем. Без уверенности в свою Победу это было сделать невозможно.

🔏Ч.3 ГПЗ как элемент шантажа

Самостоятельно переработывать газ с Карачаганакского месторождения у нас мечтают уже около пятнадцати лет. Вместо того чтобы гнать газ на переработку в Оренбург, был план скооперироваться с «друзьями» из Shell и Eni и построить ГПЗ в Казахстане.

▪️Была составлена проектная смета, согласован бюджет, но само начало строительства откладывалось. Вместе с ним росла и стоимость проекта, которую в Shell и Eni связывали со снижением рентабельности запуска ГПЗ.

▪️Несколько раз вставал вопрос об отказе от сотрудничества с британцами и итальянцами, а новым подрядчиком называли корейскую Hyundai (мол, «есть кому строить, вы не одни»). Однако до разрыва не доходило.

▪️Ситуация обострилась после начала «войны арбитражей», апогей которой был достигнут после победы правительства РК в лондонском арбитраже, который постановил операторов Карачаганака выплатить компенсацию Казахстану за завышенные затраты при расширении добычи на месторождении.

▪️Естественно, в Shell очень расстроились и объявили о «приостановке инвестиций» в Казахстан. Вопрос с ГПЗ вновь «подвис». Позднее, конечно, ситуацию разрулили и пошли заявления в духе «нас не так поняли», а Аккенженов на днях даже встретился с CEO Shell Ваэлем Саваном, но «осадочек остался».

▪️В итоге было объявлено о (вроде как) окончательном исключении Shell и Eni из проекта строительства ГПЗ, который, опять же, мы «построим своими силами». Смысла ждать у моря погоды в Астане уже не видели.

⚖️А решение по Карачаганакскому ГПЗ стало одним из актов «ревизии» энергетических проектов, которые десятилетиями лежали мёртвым грузом на балансе стратегических планов страны.

♨️Ч.2 Кому нужен ТЭЦ?

Одной из болезненных тем (которая обостряется зимой) является строительство трёх ТЭЦ: Кокшетауской, Семейской и Усть-Каменогорской. Вопрос их строительства также актуализировался на фоне курса на углеродную нейтральность и энергетическую самодостаточность.

▪️Совокупный объём производства энергии на них должен превысить 1 ГВт, а главным топливом для них должен стать уголь, добываемый ТОО «Богатырь-Комир» (38% от всей добычи в Казахстане), 50% доли в котором принадлежит «РУСАЛу».

▪️Основным источником финансирования строительства ТЭЦ были объявлены сторонние инвестиции. Были и большие надежды на интерес инвесторов из Турции, но когда дважды на объявленные закупки никто не откликнулся, в Астане решили обращаться к потенциальным партнёрам напрямую.

▪️В связи с тем, что значительная доля угля добывается в кооперации с россиянами, построить три ТЭЦ было предложено «ИнтерРАО», что и было закреплено в рамках межправительственного соглашения России и Казахстана. Таким образом, инициатива пригласить подрядчика из РФ исходила от заказчика — «Самрук-Казына».

▪️Но, к сожалению, не срослось. Всё упёрлось в финансирование, условия которого так и не согласовали. По словам председателя АО «Самрук-Энерго» Кайрата Максутова, после «определения источника финансирования» ТЭЦ ещё должны были выбрать подрядчиков, которыми, помимо российской стороны, могли стать «международные консорциумы».

▪️В итоге стороны не смогли друг другу уступить: в России были готовы профинансировать 90% работ, но после повышения ставок ЦБ предложили казахстанской стороне увеличить объём займа, на что получили отказ. Руководство «Самрука» решило, что >10% финансирования — это слишком, и… заявило о том, что всё построят «своими силами».

🗨️Конечно, ни о каком самостоятельном строительстве речи и не шло. На данный момент в «Самруке» вроде как остановились на финансировании Семейской и Усть-Каменогорской ТЭЦ через международные консорциумы, а станцию в Кокшетау теперь на технологии «чистого угля» построит неназванная компания из Сингапура.

Насколько эти решения окончательны - вопрос открытый

🏭Ч.1 ГРЭС многострадальный

В середине марта завершилось хождение по очередному «кругу ада» проблемы с ГРЭС-2 в Экибастузе. В Министерстве энергетики сообщили, что отказываются от решения российского подрядчика «Фирма ОРГРЭС» по строительству 3-го энергоблока в пользу более дешёвого (на 250 млрд тг) решения китайской Harbin Electric Corporation.

▪️И всё бы ничего, если бы не тот факт, что 3-й блок мог быть построен уже в 2012 году, чему помешало неожиданное решение руководства фонда «Самрук-Казына». В итоге были потеряны 30 лет и десятки миллиардов тенге.

▪️Изначально 1-й и 2-й энергоблоки были введены в строй до 1993 года при участии российской стороны. Логично, что под проект 3-го энергоблока было заложено оборудование из РФ. И когда к январю 2012 года он был почти завершён… в «Самрук-Казына» остановили контракт и демонтировали российское оборудование.

▪️Новым партнёром был назван завод в китайском Харбине, которому была передана предоплата в 50% (38 млрд тг) за новое оборудование, произведённое в 2015–2016 гг. Но и оно в итоге не доехало до Экибастуза в полной мере после того, как проект заморозили.

🇨🇳Добросовестные китайские подрядчики уже больше 10 лет хранят и ухаживают за оборудованием, которое «Самрук» всё никак не заберёт, а долг по нему уже составляет $10,3 млн. После повторного запуска в 2023 году был вариант пристроить харбинские котлы (за 202 млрд тг), но в Астане от этого отказались.

🪨🌱Тогда партнёрами вновь были названы россияне, а в рамках нового курса властей на достижение «углеродной нейтральности» было решено, что 3-й энергоблок будет работать на «чистом угле».

▪️Но даже когда было подписано межправсоглашение между РФ и РК, в «Самрук-Казына» не скрывали, что продолжают вести параллельные переговоры с другими потенциальными подрядчиками. В итоге выбор остановился на более дешёвом решении от Harbin Electric International.

▪️Но насколько оно реально «дешевле» — вопрос хороший. Отказ от российского оборудования для 3-го энергоблока в 2012 году обошёлся в 96 млрд тг (из которых 79 млрд — услуги, т.е. невозвратные), и это без пересчёта инфляции. Также непонятна судьба китайского оборудования на 202 млрд тг и пени за хранение в $10,3 млн.

В общем, «хорошо» сэкономили.

Энергетический суверенитет уже стал мейнстримом в повестке государства. Отчасти это связано с двумя противоречащими друг другу тенденциями: желанием развивать цифровизацию и IT-сектор, с одной стороны, и серьёзным энергодефицитом — с другой.

В этой связи принятие правительством Национального проекта по развитию угольной генерации — лишь часть общей (во многом запоздалой) стратегии. При этом параллельно расширению энергетических мощностей идёт ревизия старых проектов, которые не удалось реализовать по разным причинам.

Где-то подвели зарубежные инвесторы, превратившие важные для Казахстана инициативы в «точки давления» при инвестиционных спорах. Где-то банально не удалось заинтересовать инвесторов. А где-то всему виной оказалась непоследовательность решений казахстанского топ-менеджмента.

Ч.1 ГРЭС многострадальный

Ч.2 Кому нужен ТЭЦ?

Ч.3 ГПЗ как элемент шантажа