​Очень хочется теперь, чтобы новым поводом для шуток второго сезона The Studio послужил «Эдем» Рона Ховарда.

Это как будто пародия разом на все фильмы, перефразирующие «Повелителя мух» на взрослый лад – когда в кадре чуть меньше насилия и больше секса.

Джуд Лоу щеголяет голой задницей и вставными зубами, у Аны де Армас какое-то сплошное байроническое выступление с членовредительством и плотскими утехами в стиле менаж а труа, Дэниеля Брюля обзывают варёной редькой, у Сидни Суини – сцена с родами, которая вроде бы хочет сделать нам больно, но получается очень, очень смешно; в итоге единственная, к кому удаётся эмоционально подключиться – элегантно прихрамывающая Ванесса Кирби с выражением перманентного (зрительского?) изумления на лице.

Каждый из них способен на большее – и каждый так или иначе становится жертвой топорного и схематичного сценария. Куда вдруг делось патрицианское достоинство в паре Доры и Фридриха? На что рассчитывала фейковая баронесса со своим идиотским планом по возведению отеля? Что, наконец, легло в основу двух автофикшенов, последовательно друг друга опровергающих?

Ховард мог начать жонглировать точками зрениями либо начать всматриваться, как это у него порой получалось, в противостояние людей и природы, непомерных амбиций и сермяжной правды жизни, но вместо этого выкручивает акценты до трафаретных утрированных типажей, разжевав нехитрую мысль о конечной греховности человеческой цивилизации до состоянии консервированной овсянки. Как выяснилось, накорми ею ницшеанца – и плакали ваши райские кущи.